|
| Учитель и ученик: Владимир Урбанович и Константин Буинов. Фото Бориса БАРЫШНИКОВА |
В тот день в оперном театре давали «Князя Игоря» Бородина. С момента возобновления постановки в 1993 году спектакль шел 84-й раз. Сведения эти я почерпнула из программки. В ней же значилось, что сегодня впервые партию Игоря исполняет лауреат премии «Дебют» Константин Буинов. Я сидела рядом с профессором Новосибирской консерватории народным артистом России Владимиром Николаевичем Урбановичем и видела, что он время от времени в такт музыке кивает головой. «Что, волнуетесь?» - «Нет, пою вместе с ним».
В антракте педагог пошел к ученику. Путь лежал через «тылы» сцены - «самой большой в Европе» (свидетельствует Урбанович, побывавший на гастролях во многих странах). Да, зрелище впечатляющее: высота, глубина, пунктиром светящаяся дорожка в полу - дабы артист не заблудился в полумраке закулисья.
А как вообще приходят на оперную сцену? Рассуждая дилетантски, - видимо, так: пел человек, пел, начиная с детского сада, пока не «допелся» до музыкального училища и консерватории, по окончании которой его принимают в театр. Но, оказывается, бывает и совсем не так. Но об этом чуть позже, а пока подождем, когда князь вернется из половецкого плена с намерением вновь собрать полки и двинуться на врага, и его будет славить народ. На поклон Константин Буинов выйдет вместе с Ярославной (Светланой Савиной), князем Галицким и Владимиром Игоревичем (заслуженные артисты России Михаил Пахомов и Александр Беляев) и Кончаком (лауреат всероссийского и дипломант международного конкурсов Шагдар Зондуев).
- В целом Костя провел партию прилично, - скажет потом учитель. - А замечания я ему высказал. Даже для артиста со стажем ввод в уже готовый спектакль - дело нелегкое.
- Доволен ровно настолько, чтобы идти дальше, - скажет потом ученик. - Есть над чем работать.
В понедельник в театре выходной. Ни зрителей, ни артистов. Тишина! Ничто не отвлекает от беседы. Удивительное совпадение - ни Урбанович, ни Буинов становиться оперными певцами не собирались. Первый жил в родном Усолье-Сибирском. По несчастью, которое счастью помогает, было в этом городе немало высокообразованных, творческих людей, занимающихся с самодеятельными артистами. Володя был занят в спектаклях народного театра при заводском ДК, учился искусству перевоплощения, перенимал манеры поведения. В одном из спектаклей ему досталась роль морячка, которому положено было петь. Спел и услышал такие аплодисменты, которые прежде не бывали. Его услышали педагоги училища искусств и решили: «Молодой человек, вам надо учиться пению!»
Костя вообще никаким артистом становиться не собирался. Жил с родителями в Улан-Удэ, увлекся гитарой, да так, что решил научиться игре по-настоящему, поступив в музыкальное училище. Но на инструментальные отделения необходимое условие поступления - музыкальная школа, как первая ступень. Без этого принимали только вокалистов. Так и сказали: попробуй, может, попытаешься - для себя-то кто не поет. Спел. Так певцом и окончил училище. Следующая ступень - консерватория и встреча с Владимиром Николаевичем. Сейчас Константин на последнем курсе. Так что случай - первоначальный этап движения к мастерству, и движение это не прекращается, пока артист не покинет сцены.
- Считается, - говорит Урбанович, - что певец - это сначала Бог, а потом педагог. Соотношение - четыре к одному.
- А что легче - учить или петь самому? - спрашиваю я.
- С годами к певцу приходит некоторая усталость: я, например, пою почти сорок лет. Понимаешь, что можешь многое дать студенту, научить тому, что приобрел. Получается, что учить легче. Но опять же на сцене, набравшись сценического ума, научившись сочетать пение с актерским мастерством, с умением не мешать, а помогать партнеру, приходишь к выводу, что самому петь легче. А вот ответственности, пожалуй, в преподавании больше. Бытует такое построение: когда студент поет хорошо, спрашивают фамилию студента, если плохо - педагога.
Теперь вопрос Константину: что труднее - петь или учиться?
- Эти две категории тесно связаны между собой: поскольку я пою, в это же время и учусь. Надо не потерять то, чему научился, и приобретать новые качества. Важно, чтобы на твоем пути встретился понимающий тебя педагог.
- У Кости есть своеобразие в воспитании голоса - это бас-баритон. На мое счастье он оказался думающим певцом и не гнал лошадей. И мы пели басовый репертуар ближе к высокому звучанию. Голос ко второму курсу повел себя сам. И вот его вводят в партию Пимена. Он будет петь и Бориса. Такой голос, как у него, - редкость: бас с хорошо развитым верхним регистром.
- ...Надеюсь, спеть Скарпиа в «Тоске» под чутким руководством Владимира Николаевича.
Общее в творческой судьбе педагога и студента - переход со второго курса на большую сцену. Однажды на урок к профессору Вениамину Павловичу Арканову зашел незнакомый для студента человек. Посидел, послушал, поблагодарил и вышел. Было это третьего или четвертого ноября. На следующий день Арканов сказал Урбановичу, что Эмиль Пасынков (на уроке был он), главный режиссер театра, приглашает его, Володю, на прослушивание. Первый выход на сцену в праздничном концерте с серенадой Дон Жуана запомнился на всю жизнь. И первые большие аплодисменты большого зала.
Костя тоже прослушивался будучи второкурсником. И тоже стал артистом театра. Первая партия педагога - Моралес в опере «Кармен» - с нее начинается опера, это своего рода музыкальный ключ к действу. Первая партия ученика - Оратор в «Волшебной флейте».
Как бы подводя черту, Владимир Николаевич говорит:
- Я передаю Косте свой репертуар...
Наследство, надо сказать, богатое. За сорок лет спето и сыграно без малого около шестидесяти партий. Артист не открещивается от маленьких: «А что Ежик, к примеру, из «Теремка»... Там такая ария, что многие не справляются»... Охотно пел и Ежиков, и Волков. И уж, конечно, классику - обоих Фигаро: Россини и Моцарта, Мазепу, Игоря, Валентина в «Фаусте»... Словом, спел все, что было возможно. Одна из любимых партий - Онегин. Спел ее более ста раз. Впервые, что называется, с ходу: в четверг спросили, может ли спеть в воскресенье утром. Конечно! И спел! Главреж сказал: «Будем считать это оркестровой репетицией» и дал задание шить новому Онегину костюмы.
Замечу от себя, что в этой партии он был великолепен, как, впрочем, и в других. Зрителей, а особенно зрительниц, покоряли и прекрасный голос, и великолепная актерская игра, и стать, и манеры. Спектакль шел два десятка лет, и новые костюмы Онегину-Урбановичу не шили: он старался держать форму. В те времена после премьеры хранитель театрального музея Роберт Федорович Майер собирал отзывы зрителей - их писали прямо на афише спектакля. После «Травиаты» появился такой отзыв (передаю суть): ну и глупая же была Виолетта, что влюбилась в Альфреда Жермона, - надо было полюбить его великолепного отца Жоржа (Урбановича)!
Особый этап в творчестве - опера Рубина «Крылатый всадник» (по биографии Гарсиа Лорки). Партия Поэта писалась с прицелом на Урбановича. «Невероятной мощи литературный материал. Своего рода эксперимент по созданию нового направления в оперном искусстве, которое условно можно назвать поэтическим музыкальным театром, - так и сегодня оценивает работу композитора и театра Владимир Урбанович. - Неспетой из «своих» партий остался Дон Жуан. На Костю вся надежда, да на то, что театр решится на постановку».
- Владимир Николаевич, расскажите хотя бы немного и о других своих учениках, ведь не один же он у вас?
- Их десять. Значит, десять разных характеров, столько же голосов и отношений к делу. А следовательно, и десять судеб. И мне приятно быть с ними не только педагогом, но и общаться как с коллегами. Да, Сергей Захаров и Дмитрий Сиянов - мои коллеги. Искренне рад значительным успехам в театре оперетты Дмитрия Суслова, уверенно входящего в основной репертуар театра. Большие надежды возлагаю на Евгения Козырева. В классе выросли три лауреата всероссийского и международных конкурсов. Костя - дипломант Международного конкурса имени Глинки. Очень трудолюбивые и способные студенты из Южной Кореи. Я рад, что познакомился и с этой страной, - два года назад пел на гастролях в «Тоске». Ставлю этих южно-корейских студентов другим в пример как образец трудолюбия. Чо-Тхэ-Хо обещает стать интересным концертно-камерным певцом. Ко всем стараюсь быть справедливым и равнорасположенным. Хорошо, когда студент тебя понимает, - тогда нет проблем. Короче, есть люди обучаемые, а есть не очень.
Я воочию убедилась, что Константин относится к первым, прежде всего побывав для первого знакомства на уроке, который профессор Урбанович проводил в классе имени народного артиста России Вениамина Павловича Арканова (на дверях так и написано), а в самом классе - портрет этого замечательного певца и педагога, у которого учился Урбанович. На уроке работали над арией Шакловитого из оперы Мусоргского «Хованщина». По нескольку раз останавливались, повторяя одну и ту же фразу.
- Костя, в этом «Господи!» - клокотание слез в горле!
На спектакле, в котором Буинов впервые исполнял эту партию, думаю, не у одного зрителя мурашки пробежали по коже, когда Шакловитый изрекал:
«Господи! Ты с высот беспредельных наш грешный мир объемлющий... Ниспошли ты разума свет благодатный на Русь...»
Слово «опера» в переводе с итальянского означает труд.
культуры России
