Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Встреча со Спартаком

08.02.2008
Спартак Тимофеевич Беляев — коренной москвич. В Академгородок приехал работать в 1962 году уже известным ученым, становится руководителем теоретического отдела ИЯФа.

О чём рассказал академик Беляев корреспонденту «ВН»?

Спартак Тимофеевич Беляев
Фото автора

Спартак Тимофеевич Беляев — коренной москвич. Родился, учился, прошел всю войну, потом снова учился на знаменитом физтехе МГУ, который впоследствии стал самостоятельным вузом. Уже в зрелом (из-за войны, разумеется) возрасте начинал научную деятельность в Институте атомной энергии (позже — Курчатовский центр). В Академгородок приехал работать в 1962 году уже известным ученым после ряда работ и публикаций по квантовой физике, становится руководителем теоретического отдела ИЯФа.

Научная карьера физика-теоретика складывалась весьма успешно. В 1964 году он избирается членом-корреспондентом Академии наук СССР, а в 1968-м — академиком. Его друзья — основатели Сибирского отделения и первый директор ИЯФа академик Г. Будкер. А целая плеяда нынешних физиков-ядерщиков Академгородка — не только его коллеги, но и в разной степени ученики.

Но вот в 1965-м (надо, Спартак!) он на двенадцать лет становится ректором НГУ, никогда не порывая, однако, с научной деятельностью. Но так уж получилось, «срослось», что Спартак Тимофеевич оказался и талантливым педагогом, и умелым, далеко вперед смотрящим ректором. Именно этот период во многом определил судьбу НГУ.

В те годы почти все поголовно звали его просто Спартак. И когда поглубже задумаешься над его биографией, то поймешь, что в этом имени в Москве (да и не только) еще в начале 20-х годов прошлого века многие, в том числе и его родители, видели своеобразную квинтэссенцию чего-то мощного, устремленного к свободе. (Не отсюда ли извечная любовь московской интеллигенции к одноименному спортклубу? Если уж по жизни не дают свободно вздохнуть, то хоть на трибунах оттянемся…)

Одаренные ученые, физики-ядерщики особенно, понятно почему, к счастью, имели возможность заниматься любимым делом почти всегда. («Почти» — это отдельная история про шарашки и т.п.)

Дай Бог каждому не просто дожить до возраста Спартака Тимофеевича, не только сохранить физическую и интеллектуальную активность, но пройти хоть какое-то подобие этого удивительно плодотворного пути.

После возвращения в 1978 году в Москву Спартак Тимофеевич возглавляет один из отделов Курчатовского центра. Затем становится ректором Института естественных наук и экологии и со временем все больше посвящает себя преподавательской работе. В 2006 году, в возрасте 83 лет, он, отлично понимая и чувствуя завтрашний день науки, становится научным руководителем факультета нанотехнологий и информатики на базе все того же Курчатовского центра.

А еще был драматический период в жизни всей страны и во всей ядерной физике, связанный с аварией на Чернобыльской АЭС. И академик Беляев становится председателем Межведомственного координационного совета при АН СССР по проблемам, связанным с ликвидацией последствий аварии.

Научная деятельность академика была отмечена престижнейшими в мире ученых наградами: золотой медалью имени Л. Д. Ландау и Международной медалью Юджина Финберга.

В Новосибирск он снова приехал недавно на торжества, связанные с 50-летием НГУ. Во время его выступления на совместном заседании ученого совета университета и президиума СО РАН был слышен «скрип перьев» и затаенное дыхание внимающих. А немного позже корреспонденту «ВН» удалось еще и поговорить со Спартаком Тимофеевичем отдельно…


— Спартак Тимофеевич, вас долго уговаривали стать ректором?

— Не уговаривали, а советовали и еще раз советовали подумать… Позже, когда я уже погрузился в университетскую жизнь (хотя и продолжал работать в ИЯФе), я понял, что университет может стать одной из ключевых позиций развития сибирской науки вообще. Потому что изначально Лаврентьев с коллегами предполагали параллельно с научным центром создание очень серьезного вуза, опирающегося на физматшколу. И такая модель была создана — уникальная и очень удачная.

Изначально мы ставили перед абитуриентами и студентами очень высокую планку: учиться и входить в науку нужно было по максимуму. Уровень требований к знаниям и способностям был очень высок. Талантливую молодежь искали по всему Зауралью.

После первых же лет аудиторного обучения учебные планы сокращались, и основная работа переносилась в институты, в лаборатории. С первых лет взаимодействие с ними было полным. Студент — он же в какой-то мере сотрудник института, и наоборот — ученые сразу составляли основную часть преподавательского состава университета. Оперативно совместно с институтами решались и вопросы: каких специалистов готовить, какие открывать факультеты, кафедры.

Что касается самого студенчества, то мы всегда ставили сверхзадачу: это самостоятельно мыслящий, нацеленный на творческий поиск молодой человек. И учебный процесс настраивал на это, и бурное развитие клубной жизни, маевок, карнавалов, фестивалей и т.д.

— Спартак Тимофеевич, вы подчеркиваете безусловную первоочередность фундаментальных исследований в науке и в то же время говорите о необходимости более квалифицированного руководства и наукой, и экономикой, и страной. Нет ли здесь какого-либо противоречия?

— Наоборот! Я убежден, что только классическое университетское образование на основе глубоких научных знаний и позволяет развиваться настоящему интеллекту. А уже отсюда и все остальное — и менеджмент, и административная управленческая работа и т.д. Сейчас, когда все чаще говорят, вот, мол, у нас готовых научных разработок полно и вообще мы такие богатые, нам-де остро не хватает менеджеров, которых и надо учить в университетах. Ерунда все это, и скажу даже более: это вообще тупиковый путь. Сейчас, на нашу беду, к руководству учреждениями, фирмами, даже регионами и министерствами нередко приходят люди с не очень хорошим образованием. Из руководящего слоя все более вымываются специалисты, люди, знающие толк в своем деле.

— Когда вы рассказывали о том, как вам приходилось отстаивать «особый профиль» Новосибирского государственного университета, вас слушали с особым вниманием. Может ли власть не только командовать, давать деньги, но и помогать в решении проблем нынешней перестройки науки и, в частности, обновления всего уклада жизни Академгородка?

— Скажем так, всеобщий стон о тоталитарном прошлом, когда всех зажимали, не давали проявлять инициативу, — полная ерунда. При всех минусах прежней власти она умела находить и выделять именно инициативных людей и доверяла им огромные средства. Как в Академгородке. Вокруг Лаврентьева была создана, сформировалась, называйте как угодно, особая зона свободы и самостоятельности действий крупных ученых, когда под имена и научные направления создавались лаборатории, институты. Под человека находили должность, а не наоборот. Это очень важно.

Власть жестко контролировала нашу работу, но и облекала доверием. Сейчас все больше инициативы исходит из центра. Придумают что-нибудь новое в Москве, и — выполняйте! При такой методике ничего хорошего не получится.

Поэтому именно сейчас нужно как никогда иметь свое мнение, суждение и упорно отстаивать его.

Хотя, скажу откровенно, не всем это под силу. И в определенный период я тоже почувствовал внутреннее несогласие с некоторыми принципами руководства наукой и вообще отстранился от всякой административной работы, всецело переключившись на научную и преподавательскую деятельность.

— Поражает запас ваших сил и четкость формулировок, которой не обладают люди намного моложе вас… В чем тут секрет?

— Любимая, всего поглощающая работа — раз. Спорт, а я всю жизнь ходил в горы и был даже перворазрядником-альпинистом — два. И после четырех лет фронта, не отличаясь особым здоровьем, по совету хорошего друга, ученого-медика, я постепенно сводил на нет прием любых лекарств, которые — хочешь не хочешь — разрушают собственные защитные силы организма. А лет сорок назад вообще прекратил употреблять какие бы то ни было медикаменты, а также соль и сахар. В обычных продуктах и того и другого достаточно. А про вредные привычки вообще молчу: только бездельники находят им оправдание.

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
В этом месяце 95-летний юбилей отметил легендарный человек. Совсем скоро в новом микрорайоне Дзержинского района появится улица имени Александра Яковлевича Анцупова. Опубликовано в газете «Вечерний Новосибирск» №29 от 19 июля 2019 года.
Накануне в Новосибирском областном суде поставили точку в истории одного из самых известных и влиятельных преступных сообществ в криминальном мире Новосибирска. Речь идет о банде так называемых «ленинских», или «труновских». Первое название они получили по району, в котором начинали работать, второе — по имени лидера. Опубликовано в газете «Вечерний Новосибирск» №29 от 19 июля 2019 года.
Жители частного сектора Ленинского района Новосибирска жалуются на соседей. Рядом с их огородами находится реабилитационный центр для наркозависимых. Но центр доставляет неудобства не только местным жителям: здание – самострой, и администрация района добивается его сноса.

Самодельные лекарства и выброшенные медкарты. В Управлении Росздравнадзора по Новосибирской области подвели итоги первого полугодия. Эксперты проверяли больницы, поликлиники и частные центры. Результаты – несколько сотен правонарушений и миллионные штрафы.
Опытные путешественники знают: если за границей не побывал на местном рынке — считай, не побывал и в стране. А на рынке, как правило, принято торговаться. Как и где это делать, расскажет наша отпускница — корреспондент «ВН» Ася Малютина.

Новосибирский фотограф Герман  Марков снял запуск ракеты "Союз-ФГ", которая должна доставить на Международную космическую станцию корабль "Cоюз-МС 13" с космонавтами на борту.