Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Рядовые войны

09.09.2010
Бабка Елена в который раз беззвучно прокляла всё на свете — опара ну никак не хотела подниматься: — Наверное, хмеля мало добавила в отруби, вот дрожжи и дурят, — она устало закрыла квашню и задвинула посудину ближе к печи. Немного постояв посреди избы, достала из-под лавки свекольного кваса. — Захар, а Захар, — позвала она, — что ты там разлёгся на печи, слазь, моего шипучего кваску попробуй. — На кой мне твой квасик? Плесни лучше из фляги в мою душеньку, — так он называл купленную по случаю тридцать лет назад емкость для пива. Но служила она строго по дедову назначению — только под медовуху.
Дернет старый кружечку, дождётся, пока по старым жилам побежит тепло, и заведёт извечную тему о пчёлах. А о чем ещё говорить? Живут они с бабкой уже больше полувека, дети давно разлетелись по белу свету, да и соседей в селе практически не осталось: молодежь по городам разбежалась, а старики почти все вымерли. В такие холодные вечера только и остается, как жить воспоминаниями о былом. Бабка же на просьбу Захара только отмахнулась:

— Сам еле живой, а всё «плесни». Не устоялась еще твоя медовуха, пусть до праздников постоит.

Под праздниками Елена подразумевала Первомай и День Победы. Если Первомай часто проходил буднично, то Победу со старым они отмечали особо. И не только потому, что выстояли войну. В тот день они с Захаром, можно сказать, стали мужем и женой. Молодой солдатик, находясь на излечении в госпитале, сделал в праздничной суете предложение санитарочке со смешными косичками. Так и идут по жизни рука об руку.

Захар поругался на жену беззлобно:

— Всё тебе, старая, жаль!

— Дуралей ты, Захарка, посмотри на себя — как весна, так корёжит. Так и своих пчёлок на лето не выпустишь.

А ведь права была бабка, как ни крути, последнее десятилетие у Захара каждую весну начинались головные боли. Давала себя знать контузия.

Обидно было — их, ещё сопливых пацанов, в марте 45-го направили сразу на передовую. И был у Захара всего один бой — тяжёлый, злой. Только в памяти и осталась от него вспышка взрыва. И все — потом госпиталь, Победа. И вот уже более шести десятков лет пытался он узнать подробности, писал в инстанции. Ответ был один — часть расформирована, данных нет. И успокоился старый, махнул на всё рукой.

Елена навела в чугуне варево, собралась покормить поросёнка, а деду наказала снова на печь лезть, кости больные греть. Только было собралась открыть дверь в сени, как в неё постучали. В избу вошли двое военных.

— Иванов Захар Фёдорович здесь живет? — получив утвердительный ответ, майор снял фуражку. — Ну, отец, заставил ты нас попотеть. В вашу деревеньку сейчас по распутице не попасть совсем.

Бабка смахнула полотенцем со стола несуществующие крошки, включила самовар:

— Проходите, сынки. Гостей-то у нас почти не бывает, но к чаю всегда печенюшка найдется.

В центре круглого стола мигом появились ватрушки, мёд, чашки.

— Мы по службе, не чай пить, — майор посмотрел на свои тяжелые от грязи сапоги.

— Ты, сынок, послужить успеешь, я сама военная, знаю, как нелегко на работе вашей. Идите сапоги у крыльца сполосните, и к столу.

Когда дед Захар, переодевшись, вышел в комнату, вернулись и майор с лейтенантом.

— Дедушка, мы к тебе по важному делу. Ты где войну закончил, в Германии?

— Какой закончил, до сих пор голова от контузии раскалывается, никакой погодный прибор не нужен, за день всё чую.

— Ты, Захар Фёдорович, последний бой помнишь? Как всё было? — майор, прихлебывая чай с мёдом, пытался разговорить старика о том проклятом первом и последнем бое.

— Так, это …я ранен был, в голову. И не знаю больше ничего. Только в памяти почему-то лицо командира, тоже майора, как ты, стоит. Усатый такой, даже фамилию помню поэтому. Усатов. Во как! — дед довольный собой посмотрел на бабку Елену. — Служивые, вишь, воины здесь. А ты чай заставляешь гонять — налей в ёмкость, что ли.

— Дед, ты не торопись, мы здесь по делу. Из Подольска, из архива пришло нам письмо. Награда нашла тебя, дедушка. В том тяжелом сражении ты, Захар Фёдорович, был как герой. И танк фашистский подбил, и командира своего закрыл от гранаты, оттуда и контузия. Тебя в тыл увезли, а наградной лист ушёл куролесить, искать тебя. Так что на День Победы за тобой заедем, орден Красной Звезды вручим торжественно.

Майор ещё что-то говорил, но Захар его не слышал. Он плакал, и рядом с ним сидела и также плакала гордая за своего мужа Елена. Сидели и плакали. Победители. Рядовые войны.

Михаил СИНИЦЫН.
г. Обь.
Резонанс
Новости
Первый построенный в Новосибирской области кирпичный храм объявили памятником культурного наследия. В Легостаево Искитимского района по этому поводу устроили массовое ликование. После закрытия церкви в храме были склад зерна, мельница, хотели даже сделать кинотеатр или вовсе разобрать на кирпичи.
Почти на 10% больше преступлений было совершено в Новосибирской области в первые десять месяцев 2018 года. Повысилось и количество тяжких и особо тяжких преступлений. Однако есть и позитивные моменты – так, из 151 убийства пока нераскрытыми остаются два эпизода.
Формулировку «за совершением порочащего проступка» экс-начальник ГИБДД Новосибирской области попросил поменять на «в связи с выслугой лет, дающей право на пенсию». С такой просьбой уволенный Сергей Штельмах обратился в Новосибирский суд.
9 баллов: город стоит в пробках. Автомобилисты Новосибирска негодуют – пятничный вечер испорчен. Много аварий. Только на Большевистской улице произошло четыре ДТП. Красный проспект превратился в гигантскую пробку от площади Калинина до ул. Фабричной.
Потерял зуб воспитанник новосибирского хоккея Владимир Тарасенко в матче НХЛ «Сент-Луис» – «Чикаго». Несмотря на боль, бывший игрок «Сибири» воспринял инцидент с улыбкой. Он подобрал зуб и передал его доктору своей команды.
Наконец-то получили свои квартиры в доме №5/3 по улице Вертковская обманутые дольщики. Дом должны были сдать еще 15 лет назад. За прошедшие годы у многих родились и выросли дети, другие отчаялись получить вожделенные метры и купили квартиры в других домах. Но вот 16 ноября была перерезана красная ленточка на последнем подъезде дома.