Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Расколдованный круг

19.10.2007 00:00:00
Татьяна Шипилова
Расколдованный круг
Новосибирский фестиваль «Покровская осень» — на будущий год уже юбилейный, десятый — родился девять лет назад как идея и инициатива художественного руководителя камерного хора филармонии Игоря Юдина по проведению фестиваля русской хоровой музыки. В прошлом году, посвященный 100-летию Шостаковича и 150-летию Танеева, фестиваль обрел статус общефилармонического: в его программах принимали участие все коллективы.



Но главное, приуроченный с самого начала к особо почитаемому в России православному празднику Покрова Пресвятой Богородицы, он взял на себя миссию не только просветительскую, но и духовную, начиная с исполнения духовной музыки до возвращения слушателям редко звучащих и даже забытых по разным причинам музыкальных имен и произведений. А если учесть, что Покров издревле ассоциируется у нас и с первым покрывающим землю снегом, то абсолютно логичным (после, разумеется, просветительских и патриотических мотивов) в его программе стало обращение к творчеству композиторов-сибиряков и композиторов, чьи судьбы так или иначе связаны с Сибирью. Поэтому «Покровская осень- 2007» проходит под девизом «Сибирский проект-2» (несколько лет назад фестиваль уже реализовывал сибирскую концепцию).

К сожалению, в России слова «незаслуженно забытый» в применении к произведениям искусства и их создателям чаще всего имеют определенный смысл: впавший в немилость у власть предержащих. Так, актом своеобразного общественного покаяния стало в прошлом году исполнение оркестром Каца Тринадцатой симфонии Шостаковича на стихи Евтушенко «Бабий Яр». Хотя, как говорится, Новосибирск в данном случае «ни в чем не виноват»: напротив — именно в Новосибирске, одном из первых в стране городов, благодаря Арнольду Михайловичу Кацу, в середине 60-х прозвучало это опальное сочинение.

В понедельник на открытии фестиваля в большом зале филармонии ее художественный руководитель Владимир Калужский сказал: «Этот концерт, как концерт-открытие, имеет для нас принципиальное значение. Потому что наряду с произведениями молодых и композиторов среднего, а также старшего поколения здесь звучит музыка Аскольда Федоровича Мурова. Человека, с именем которого связано особо интенсивное развитие музыкальной культуры Новосибирска и всей Сибири. Он многие годы был председателем нашей композиторской организации, профессором консерватории, воспитавшим замечательную плеяду молодых композиторов. И ничуть не умаляя достоинств музыки, которую вы услышите в первом отделении, хочу подчеркнуть, что принципиально важным для нас в этом фестивале и сегодняшней программе является исполнение сочинения Мурова «Тобольская симфония», которое не звучало на публике тридцать с лишним лет. Сегодня очевидно: оно появилось не ко времени. Оно слишком остро поднимало те проблемы, которые всегда волновали в России людей. Проблемы взаимоотношений государства и отдельной личности, власти и народа. Или, как сам композитор писал, «славы и бесславья» нашей истории. Это произведение вызвало у современников и у тех, кто управлял культурой, некий шок. Потому что то, о чем она, симфония, нам рассказывала, было слишком неожиданным для нашего сознания: жить, не зная ничего этого, было спокойней, проще — не забивать себе голову всякими высокими проблемами, не думать, отчего и как все происходит... И поэтому ее заживо похоронили».

...О том, как заживо похоронили «Тобольскую симфонию», я знала еще со времени выхода в 1989 году в Новосибирском книжном издательстве книжки самого Аскольда Федоровича Мурова «Заколдованный круг». В его замечательных по своей гражданской наполненности публицистических очерках (сродни солженицынскому «Как нам обустроить Россию» — только в сфере культуры) не было и тени сведения счетов, а было потрясающее желание сделать страну процветающей, и в первую очередь духовно, нравственно. История с обсуждением и угроблением (партийными функционерами и коллегами — не всеми!) его собственной симфонии была в книге лишь эпизодом, иллюстрирующим, «как не надо» обращаться с творцами.

Вообще эта книга в огромном тогда потоке перестроечных публикаций и сенсационных разоблачений производила на читателя особое впечатление необыкновенной чистотой авторских устремлений в радении за справедливость и, как видится теперь, столь же великим идеализмом деятельного интеллигента, верящего в возможность разумного обустройства общества. Да, он понимал, что это сделать непросто, но полагался, как всегда в жизни, призывая к этому собратьев по искусству, на «долготерпение, нелукавые труды и усердие». И в этой своей проповеди (иначе не скажешь) был настолько искренен, что, не знаю, как у других, а у меня сейчас при перечитывании почти каждой страницы наворачиваются слезы...

И вот «Тобольская симфония», написанная в 1971 году, пришла к слушателям. Это история «отца городов сибирских» с основания до начала XX века. По словам и замыслу автора, симфония эта «о славе и бесславии Тобольска, о его золоченых церквях и его виселицах; о людях, которые теперь составляют его гордость, и о тех, кто стал его позором, каких бы постов они при жизни ни занимали... Это «песня восхваления и гнева».

А историю эту рассказали нам, слушателям 2007 года: сводный хор артистов ансамбля «Маркелловы голоса», Сибирского русского народного хора, камерного хора НГАТОиБ и студенческого хора дирижерского факультета консерватории; солисты Новосибирской оперы Ольга Обухова, Фарит Хусаинов и Николай Лоскуткин, а также группа ударных симфонического филармонического оркестра под руководством Владимира Сурначева, пианистка Елена Поповская, арфистка Екатерина Тарновская и дирижер Игорь Тюваев. В роли декламатора выступил актер театра «Красный факел» Владимир Лемешонок.

...И вот страстный голос Ольги Обуховой обратился к нам, слушателям, со словами псалма (едва ли не главная претензия в неорганичности использования в произведении «церковных песнопений» у критиков симфонии. — Т. Ш.): «...В день скорби моей рука моя простерта ночью и не опускается: душа моя отказывается от утешения. Ты не даешь мне сомкнуть очей моих: я потрясен, я не могу говорить, размышляя о днях древних, о летах веков минувших: припоминаю песни мои, беседую с сердцем моим, трепещу, помышляю, и изнемогает дух мой...»

Мы услышали голос совести человека, для которого несправедливость, ложь и беззаконие, творимые другими, пусть даже триста лет назад, но на его родной земле, — это муки собственные, пропущенные через собственное сердце. И стало понятно, почему композитор обратился к этому материалу: архивные документы (в их числе текст подлинной проповеди сибирского просветителя Петра Словцова), повествующие о гонимых и ссыльных, о каторжниках и висельниках, а также о светлых гениях, рожденных Тобольском — Ремезове, Перове, Ершове, Алябьеве, Словцове, Менделееве, — и взращенных здесь же притеснителях и мздоимцах, выстроенные в ряд и услышанные уже его, Мурова, современниками, казалось бы, неизбежно должны были, хоть на шаг, приблизить Россию к покаянию. Ведь цепочка «неправды», «бесцельной жестокости человека к человеку» не оборвалась и в 1917-м (к которому так убежденно апеллировали не принявшие это сочинение). Когда же она оборвется? Этого вопроса автор не задает, он просто многократно в заключительной части обращается к современникам веками намоленными словами другого псалма: «Не ревнуй злодеям, не завидуй им делающим беззаконие... Делай добро, живи на земле и храни истину».

Так, очень коротко, можно пересказать сюжетную, текстовую основу сочинения Аскольда Мурова. Музыкальная же красота и сила его, сплетенная с «неподдельным», историческим словом, потрясает. И не только со словом, но чувством, страданием: к примеру, когда вокализ Альта-Обуховой (молельщика и плакальщика за землю русскую и, надо понимать, автора) переходит в плач хора, олицетворяющего народ, напряжение на сцене и в зале достигает необычайной высоты. Кажется, вот-вот произойдет нечто особенное: разверзнутся ли небеса, или люди, не вынеся муки такой, в конце концов образумятся — будут делать добро, жить на земле, храня истину...

Вот с таким добрым и ясным христианским (по партийной терминологии 70-х, «идейно-ущербным») посланием через годы — он умер в 1996 году — обратился к нам Аскольд Федорович Муров. Спасибо фестивалю «Покровская осень», его организаторам и исполнителям, что они позволили нам это послание услышать, разорвав заколдованный круг, в который попали когда-то «Тобольская симфония» и ее автор.

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
Проект Большая Перемена
У семьи из рабочего поселка Линево Искитимского района необычное увлечение: мама с сыном создают макеты домов, маяков, паровозов и самолетов.
Проспект Дзержинского у большинства жителей Новосибирска ассоциируется с авиапромом: это улица, над которой грохочут истребители, где изначально жили авиаконструкторы и заводчане,  и где, как ни здесь, мог возникнуть сквер Авиаторов. Однако, если пройти все шесть километров этого, как ни странно, старинного проспекта, окажется, что он весьма разнообразен. Рассказом о проспекте Дзержинского VN.ru начинает серию прогулок по новосибирским улицам.
Во все тяжкие пускаются жители Новосибирска, пытаясь заработать во время пандемии. Самые раскрепощенные освоили сервис по продаже пикантных фотографий в соцсети для взрослых OnlyFans. Популярность этого ресурса в Сибири невысока, но желающих сорвать куш предостаточно. Насколько в эру интернета велик спрос на такой контент? Мы задали этот вопрос вебкам-моделям.
Подписка на газету Советская Сибирь на 2021 год