Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Поверить в мужество «компьютерных» парней(размышление на заданную тему)

30.07.2009 00:00:00
Елена Костина
Поверить в мужество «компьютерных» парней(размышление на заданную тему)
Раз в году население села Мотково в Мошковском районе вмиг увеличивается вполовину. В середине лета по соседству с деревней, сразу за поляной, по левой окраине которой стремит свои чистые воды Ора, а по правой, на холме, поодаль домиков, громадным ржавым пауком высится железная конструкция так и не достроенного годах в восьмидесятых цеха, появляется военно-патриотический лагерь «Сибирская застава: Восточный рубеж».



Сойдешь с электрички, пробежишь через скошенный луг, на берегу махнешь рукой лодочнику, дежурящему в ожидании клиентов с пригородной… Чем не автостоп?! А что вместо «лошадей под капотом» имеется одна, но очень приличная человеческая «сила», и вместо «серой ленты дорог» водная гладь, так это только добавляет романтики. Кинь вещички на нос и садись, не боясь случайных брызг…


Затем еще один короткий марш-бросок через деревню, и вот она — застава. Еще не достигнешь сосен, могучими исполинами возвышающихся на лесном КПП, как уже различишь в просветах меж ними очертания палаток и вьющийся дымок от настоящей солдатской походной кухни.

Созданный несколько лет назад по инициативе и благодаря замечательным организаторским способностям настоятеля храма Святой Евфросинии Полоцкой отца Димитрия Полушина и взросший на энтузиазме и профессионализме специалистов центра военно-патриотического воспитания «Сигнал», во главе с Игорем Леонтьевым, этот лагерь сегодня стал неотъемлемой частью жизни. Жизни не только данного уголка нашей области, но и десятков девчонок и мальчишек, бросающих все каникулярные городские радости и приезжающих сюда. За чем? За холодом, недосыпом, синяками, надоедливой мошкарой, за тяготами и трудностями… Не без этого. А вообще-то за возможностью испытать себя, за настоящей мужской дружбой, радостью побед и стойкостью перед лицом невыполнимых задач и неизбежных на первых порах поражений.


Дети и отцы
Здесь наши дети осваивают уроки выживания в лесу, осваивают приемы рукопашного боя и знакомятся с оружием, получают высотную подготовку и практикуются в спортивном ориентировании. Здесь они, может быть, впервые в своей жизни, общаясь с участниками боевых действий (от ветеранов Великой Отечественной до бойцов, принимавших участие в недавних событиях на Кавказе), глядя глаза в глаза и задавая прямые вопросы, вдруг осознают хрупкость окружающего мира и, прозрев, дорастают до понимания того, что Отечество и долг — отнюдь не книжные понятия, что каждый день, каждый миг может стать тем самым испытанием, в котором ты обязан проявить свои лучшие качества. А для этого их надо воспитывать в себе, взращивать как рассаду.


Здесь через духовные беседы отца Димитрия они учатся складывать отдельные события в целостную картину мира, видеть взаимосвязь, казалось бы, далеких друг от друга вещей и пытаться проникнуть в их суть, оценивая прежде всего самого себя, свои поступки, а затем и все, что видится вокруг, с высоких нравственных позиций. О том, насколько это непросто, знает каждый просыпавшийся в ночи от необъяснимой душевной боли или шедший на исповедь, едва переставляя ватные ноги, словно неся на спине гранитную плиту.

Чтобы понять, что происходит в детской душе там, на Восточном рубеже, надо попытаться представить себя одним из них, представителей поколения «пивных тезисов».

Поколение «пепси» давно выросло, научилось зарабатывать деньги и обросло циничным жирком. Его дети появились на свет в очередное безвременье, когда государство в который раз перестраивалось, теряя традиции и слепо веря в лучшее, очертания которого выглядели весьма расплывчатыми. Очертания менялись, а время меж тем шло, и дети подрастали.


Они путают Волгу с Уралом, на просмотре «Адмирала», оторвавшись от роскошных батальных сцен, вдруг задаются вопросом: почему русские стреляют в русских? Так это и есть та гражданская война, про которую в учебнике полтора параграфа?! Они хотели бы лучше понимать педагогов и собственных родителей, но для этого нужно, по крайней мере, договориться об общем понятийном языке. А можем ли мы сказать, что готовы сформулировать свое принципиальное отношение к событиям новейшей истории, к тому, что нас окружает, к законам, принимаемым в стране, к собственным поступкам? Честно, не кривя душой, готовы?

Может, как раз потому, что нам частенько недостает душевных и физических сил на эту нравственную работу, мы и испытываем сложности во взаимопонимании со своими детьми… Можно сколько угодно кичиться тем, что мы были «читающим» поколением, воспитывались коллективистами, и уже поэтому лучше тех, кто пришел за нами, но если снять розовые очки, мы увидим, что оказались не способны передать лучшее, что было заложено в нас, своим детям. А если это так, что толку от того, что мы помним назубок монолог Фамусова или «одолели» семикнижье Тургенева, если для наших чад тургеневская девушка — это красавица, которую Иван Сергеевич страстно любил?!


Нашим детям неизмеримо труднее, чем нам. И прежде всего потому, что в окружающем их мире отсутствует четкая система нравственных координат. Каждый человек волен выработать свою собственную систему или просто плыть по течению жизни, мобилизуясь и принимая какие-то решения, исходя из конкретной сложившейся ситуации. Как, впрочем, и вовсе не давать никакой нравственной оценки своим деяниям, что часто и происходит.

Приезжая на сборы, мальчишки и девчонки (большинство из которых пребывают в самом сложном, 12 — 13-летнем, возрасте) в первую очередь ощущают, что здесь есть не просто распорядок дня, правила поведения, обязанности… Главное, они попадают в совершенно особый микроклимат, который педагог определил бы как воспитательную среду. А дальше начинают происходить маленькие чудеса.


А костру разгораться не хочется
Первая неделя на сборах — настоящая проверка «на вшивость». Особенно в условиях нынешнего июня, перекрывшего холодовой минимум за последние сто лет. Слякоть снаружи и хлюпающая в берцах, особый уют и комфорт армейских палаток, лишенная мясца и творога пища Петропавловского поста, ежедневные занятия и частые наряды — сутки без сна и отдыха.

Самыми стойкими оказались, как и следовало ожидать, воспитанники «Сигнала» и те, кто не первый раз на сборах. Остальные поворчали тихонько, кое-кто похныкал в трубку маме и… стали вживаться в новую среду. На второй неделе кто-то из них уже пытался разбирать «Калашников» на скорость, без страха брал высотку и, как ни странно, перестал замечать бесчисленную мошкару, беззастенчиво лезущую в уши и в рот, не морщась, натягивал непросохшую «энцефалитку» и в плюс восемь с голым торсом отправлялся на утреннюю пробежку. Некоторые, не все.


— Всю первую неделю проводили занятия по выживанию, учили ребят разводить костер, прививали элементарные навыки самообслуживания, — рассказывает отец Димитрий. — И вот пошли в лес. Нашли дрова, развели костер… Потом ходят, спрашивают: «А когда чай закипит? Когда мы будем завтракать?» Оказывается, костер не поддерживали, и он просто потух. Характерная черта поколения компьютеров: привыкли, что нажал на одну кнопку — заработало, нажал на другую — выключилось. Плюс полное отсутствие привычки к самоорганизации. Вдумайтесь, вырастает целое поколение потребителей материальных благ, не способных к созидательному труду! Что внушают этому поколению с телеэкрана? Бери от жизни все! Ночь твоя — добавь огня! Настоящая радость только вместе с «Клинским»... Эти тезисы вдалбливаются в головы подростков постоянно. А когда тот же подросток попадает в среду, где он элементарно должен себя обслужить, что-то преодолеть, потерпеть, к примеру, жару, мошку, холод, вот тогда и начинает происходить самое интересное.


Ведь на самом-то деле человеку лучше не там, где мягко спать и сладко есть, в глубине своей души он понимает, что ему лучше там, где он добивается самореализации, начинает себя уважать. За что себя уважать? Да не за что же. Количество записанных в сотовый телефон мелодий, может, что-то и значит, когда хочется похвастаться перед друзьями, но не приносит никакого удовлетворения. В человеке зарождается самоуважение, только когда он побеждает себя.

Ребятам самим и нам с ними было очень трудно, особенно первое время. А без трудностей было бы неинтересно. Для многих детей все, что они здесь увидели, стало откровением. Вытерпели, выдержали, чему-то научились… Вот это уже истинное самоуважение, потому что оно основано на реальных достижениях самого человека. И мы даем детям возможность совершить эти достижения. И стараемся, чтобы все делалось молитвенно, с Божьим благословением. Каждый день начинается с молитвы и молитвой заканчивается.


Это вам, ребята, не контр-страйк
Существует одна, очень распространенная иллюзия. Военная патриотика сегодня не очень популярна, ею занимаются подростки с определенной «жилкой» в характере. Это они с удовольствием носят камуфляж, несмотря на недоумение соседей и насмешки сверстников, готовят себя к армейской службе, ездят на места боев, ведут раскопки, руками перебирают косточки бойцов Великой Отечественной, лежащих в наспех сделанных когда-то братских могилах и десятилетиями ожидающих перезахоронения и почестей, достойных защитников Отечества, отыскивают родственников безымянных героев и, как святыню, передают им воинские медальоны… Большей же части подростков и молодежи эта тема, как бы точнее выразиться… поровну. Они индифферентны к отечественной истории, эгоцентричны, не приемлют никаких ограничений (а форменная одежда — это уже ограничение, не говоря о воинской дисциплине) и в перспективе не хотят служить. Позволю себе усомниться в этом утверждении.

На сборах собственно сигнальцев — пятая часть от общего числа, не больше. Все остальные — обычные ребята и девчонки. Те самые, которых за уши не оттащишь от компьютера. Слушающие рэп и айрэнби. Грезящие о непыльной и высокооплачиваемой работе. Кого-то сюда направили родители, «подтянуть» дисциплинку трудновоспитуемого чада и закалить характер, кто-то приехал сам. Из любопытства или потому что это круто — проверить себя на прочность.

Те, кто постоянно занимается в центре военно-патриотического воспитания «Сигнал», — ребята особые. Команда инструкторов во главе с директором Игорем Геннадьевичем Леонтьевым — закаленные бойцы, люди со спецназовским прошлым и настоящим, а потому к делу воспитания достойной смены относятся со всей душой. Программа обучения продумана детально и выверена до мелочей. Ребят, не просто не боящихся армии, а желающих служить Отечеству верой и правдой, сюда как магнитом тянет. За неполные три года девятнадцать пареньков из «Сигнала» ушли в армию. Восемнадцать из них попали в спецподразделения, один, особо спортивный, — в СКА. Треть из этого числа достойно отвоевали на Кавказе. Трое и сейчас находятся в горячих точках.

Кто-то возвращается к обычной жизни, чтобы стать инженером, учителем, бизнесменом, кто-то понимает, что работа «Родину защищать» — это его призвание, и остается в силовых структурах. Но дело даже не в этом. Важно, что они уже другие.

Недавно прочла заметку о том, как в одной из школ старшеклассникам рассказали про их сверстников, ставших героями в Отечественную, имена этих юношей и девушек каких-то 25 — 30 лет назад носили пионерские дружины, центры творчества, загородные лагеря, а сегодня мало кто помнит. Точнее, имя, может, и всплывет в памяти мам и пап, а вот подробности совершенного этим человеком подвига (кроме разве что самых «знаковых» фигур: Александра Матросова, Ульяны Громовой…) вряд ли. Услышанное так зацепило девчонок и мальчишек, что они кинулись в библиотеку, стали изучать биографии позабытых героев и «примерять» на себя их подвиги. Тем самым показали и учителям, и родителям, что не кумир, нет, но яркая личность, с которой можно брать пример, необходима в этом возрасте. А иначе ее место займет «герой» из проходного двора или с телеэкрана. Что и происходит.

«Ты видел, что Николай Палыч на турнике выделывал?», «А ты знаешь, что Сан Саныч…» — этот мальчишеский шепоток можно было услышать где угодно и в любое время. Они оценили все: от боевых навыков и командных качеств до объема бицепсов своих взводных командиров, обсудили и даже, кажется, сложили легенды.

В прошлом году на сборы приезжал фронтовик, служивший в СМЕРШе, человек без возраста, живо, как сейчас, помнящий и поведавший подросткам детали операций по выявлению фашистской агентуры. Он рассказал о борьбе с бандеровцами на Западной Украине и лесными братьями в Прибалтике. Нынче паренькам довелось пообщаться с офицером ГРУ, многие страницы биографии которого для общественности пока тайна, и боевым генералом, освобождавшим Цхинвал в августе прошлого года, причем не только задать прямые вопросы, но и получить честные ответы.

Эти люди и любой из инструкторов «Сигнала» (у каждого из которых своя боевая биография) для обычных подростков без преувеличения живая легенда. Только если воины Отечественной войны для них представители поколения дедов, большинство инструкторов — ровесники отцов, то Николай Оше и Александр Босовиков, только что демобилизовавшиеся из спецподразделений, и уж тем более курсант НВИ Михаил Макаров — как старшие братья. Что такое пять-шесть лет разницы в возрасте?! Эта короткая дистанция дает мальчишкам шанс думать, что они сами из «того же теста» и им тоже многое по плечу.

Рад служить, коль будет польза
По мнению командира Игоря Леонтьева, состав участников сборов в этом году слабее прошлогоднего. И дело тут не только в отсутствии 17 — 18-летних парней, глядя на которых подтягивались другие. Процесс идет по нарастающей: чем дальше, тем больше виртуальная переписка подменяет подросткам живое общение с друзьями, крутые победы в компьютерных играх, особенно в различных «стратегиях» и «стрелялках», создают иллюзию, что ты на самом деле стал умнее, предприимчивее, сильнее, ловче… На деле же получается, что многие сферы жизни, в которых личность может проявить себя, растет и развивается, оказываются от них на каком-то необъяснимом, совершенно искусственном удалении. Не известны, не интересны им. Плюс общая инфантильность и невыработанная привычка работать над собой.

— Слабоваты и физически, и по морально-волевым качествам, и в эмоциональном плане, — говорит Игорь Геннадьевич. — Это огорчает, потому что мы видим в этих ребятах свою смену. Очень не хочется их упустить в этот важных период. Именно сейчас у подростка формируется мировоззрение, в частности, его отношение к себе, к родителям, к окружающим, к родине. Если мы сумели помочь мальчишкам заглянуть внутрь себя, взвесить свои жизненные установки, показали им ценность дружбы, сплоченности в коллективе, научили их чему-то, привили полезные навыки, значит, мы не зря делаем свою работу. Статистика последних трех с половиной лет показывает, что наши усилия не напрасны. Ежегодно на сборах немало ребят, которые приезжают сюда во второй, третий или, как Коля Колесников, к примеру, уже в четвертый раз, а ему только тринадцать…

Как серьезную простуду нельзя вылечить одним закапыванием в нос и пожеланием здравия, так отдельными мерами и декларациями невозможно изменить ситуацию с военно-патриотическим воспитанием молодежи. Проблема назревала долго и стала системной, и решать ее можно только комплексно. А вот как решать, четкого видения пока нет ни на региональном, ни на федеральном уровнях. Понимание того, что корень проблемы лежит в духовно-нравственной сфере, в обществе, вроде как есть, но подвижек в сторону конкретных решений ждать, видимо, придется еще какое-то время.

Один из самых частых вопросов, которые мальчишки задавали своим инструкторам и гостям, кадровым военным, касался призывного возраста и сроков службы в армии. Задала я его и Игорю Леонтьеву.

— Год службы — это ничто. За это время человек только начинает обретать военную профессию, те знания, которые могут когда-то пригодиться. Есть масса примеров, когда ребята, прошедшие двухгодичную службу, даже спустя годы, едва взяв в руки оружие или сев за пульт военной техники, с которой они работали, вспоминают навыки. А что такое год? Из них полгода боец красит поребрики и учится ходить строем. Кого страна готовит и для чего готовит?!

Если я раньше с непониманием относился к тем, кто говорил, что два года в армии — потерянное время, потому что был уверен и уверен сейчас: армия много дает молодому человеку, делает из мальчишки мужчину, то теперь готов согласиться: один год — это самая настоящая потеря времени, потому что за этот период невозможно научиться военной специальности. Особенно при той методической работе, которая сегодня присутствует в войсках. На мой взгляд, оптимальный вариант — это практика 50 — 60-х годов, когда было три года службы в Сухопутных войсках и четыре на флоте. Потому что за два года солдат только выучится, и еще хотя бы год он должен послужить как военный специалист, проявить свои звания. Если чему-то не научили — доучить, чтобы в нужный момент он смог выполнить поставленную задачу.

А мальчишки остаются мальчишками. Как их ровесники в тридцатых мечтали повторять чкаловские подвиги, позже — бить врага, как Покрышкин, затем — покорять космические дали, ближе к нашему времени — служить в десанте и по праву носить голубой берет, так сегодня они рвутся в спецназ. Если служить, то не там, где красят те самые поребрики, а где занимаются настоящим мужским делом. И очень важно, чтобы в нужный момент рядом с ними оказались люди, которые помогут мальчишеской мечте сбыться.

…Как-то в беседе отец Димитрий Полушин печально заметил: «Беда в том, что дети уедут отсюда и все закончится. Запала им хватит, может быть на месяц. Потому что утрачены традиции государственного военно-патриотического воспитания, допризывной подготовки будущих защитников родины. У меня такое ощущение, что общество в целом не становится лучше или изменения не принципиальны. Опытным путем мы уже поняли, что воспитать воина, защитника Отечества, без духовной основы просто невозможно. Поэтому мы и говорим сегодня о необходимости преподавания основ православной культуры в школе. Пока не произойдет изменения духовной атмосферы в нашем обществе, ничего не выйдет. Не получится оторвать человека от телевизора, от компьютера, от пьянки, от наркомании, взамен ничего ему не предложив».

Как бы ни было горько, я с этим соглашаюсь. Но все же… Все же закончить хочу на другой ноте, процитировав того же священника:

«Накануне вечером на традиционном кругу, когда участники сборов откровенно делились пережитым за день, один мальчишка заметил, что был удивлен тем, что здесь, на сборах, многое сумел и смог сам. «Горизонты моих возможностей расширились», — сказал он. И услышал в ответ: «Приезжай еще, увидишь, что твои возможности безграничны».

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
Рыбак Антон Курдюмов похвастался трофейным уловом. Мужчине удалось поймать восьмикилограммового сазана.


13.05.2021 НАУКА
В прошлом году кровопийц в регионе было немного. Энтомолог, старший научный сотрудник лаборатории паталогии насекомых Института систематики и экологии животных СО РАН Юрий Юрченко рассказал VN.ru о предстоящем «комарином» сезоне.  
Количество бюджетных мест  в вузах Новосибирской области выросло почти на 8 сотен. В следующем учебном году оно составит 14 тысяч 847 мест. Об этом на встрече с журналистами 18 мая рассказал министр образования региона Сергей Федорчук.