Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Вера в добро нам досталась по наследству

2009-09-18
Вера в добро нам досталась по наследству
20 сентября Фёдору (Фридриху) Александровичу ШПЕНГЛЕРУ исполняется 80 лет Каждый человек по-своему воспринимает всё с ним происходящее: кто-то из прожитого вспомнит лишь обиды и горести, а кому-то и из самых страшных испытаний удастся выйти с высоко поднятой головой и благодарностью за каждый светлый день. Наш папа, Фёдор (Фридрих) Александрович Шпенглер, рассказывая даже о самых трудных годах, главными событиями своей жизни считает встречи с настоящими людьми. Вера в добро и справедливость помогла ему пройти через многие испытания.



Маленькая деревенька в Поволжье, степном районе Саратовской области. Пыль да тополя. Здесь в 1899 году появился на свет наш дед, Александр Фридрихович Шпенглер. Когда ему было 19 лет, а молодой Советской республике, создававшей свою армию, — всего год, его призвали на службу. До 1923 года он был кавалеристом в Первой конной армии Будённого. Долгой была служба…

Возвращался домой с тяжёлым сердцем: отец и мачеха умерли от страшного голода, пронёсшегося по Поволжью, а два младших брата попали в приют.

Беспризорников, братьев Отто и Эмиля, наш дед потом нашёл и забрал к себе. И когда свою семью создал, и когда свои дети рождаться начали, братьев не бросил. Женой ему стала Ядвига Кох — девушка из соседней деревни. Брак, по мнению семьи Ядвиги, был неравный: он — неграмотный, из бедных, простой работник; она — дочь зажиточных родителей, даже после революции сумевших сохранить кое-какое благосостояние, грамотная, ученица гимназии. Но молодые против воли родителей пошли. И, лишённая приданого, бабушка Ядвига начала свою семейную жизнь с дедом Александром — полную лишений, но согретую любовью.

С 1925 года семья стала богатеть детьми. Первым был Александр, в 1929 году родился Фридрих, в 1936 — Бруно, в 1938 — Отто, в июле 1941-го, когда уже началась Великая Отечественная война, появился на свет Константин. Жили дружно. Работали, растили сыновей.

28 августа 1941 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». Вместе с десятками тысяч немецких семей деда Александра с бабушкой Ядвигой и с пятью детьми, самому младшему из которых не было и года, повезли в Сибирь.

Дед верил: война скоро закончится и они все вернутся домой. Как и многие из переселенцев, он был уверен в советской власти, срок Гитлеру отмерял — месяц-два. Поэтому из разрешенных двадцати килограммов имущества взяли с собой только немного продуктов на первое время, да большой самодельный тулуп. Потом этот тулуп не раз спасал детей в жестоких сибирских условиях…

По железной дороге, пешими, конными… Позади — родные места, впереди — неизвестность. Конечно, новых мест боялись, к тому же русского языка почти не знали. Но когда на подводе ехали от Черепаново до Сузуна, дед порадовался: «Ну, здесь жить можно! Земля чёрная…». Сузунский бор, согретый солнечным бабьим летом, после поволжских степей показался землёй обетованной…

В деревеньке Александровке переселенцам определили для жительства домик Тарасова, обитавшего тогда в Сузуне. Поселились в домике четыре семьи — в каждом углу по семье. На второй день уже вышли работать. Дед Александр со старшим сыном, пятнадцатилетним Сашей, лес валить стали. Очарованный стройными молодыми берёзками, немец старался определять на дрова старые деревья, контролировавший их работу местный житель, избалованный лесным изобилием, только хмыкал: «Чёрт бы их колол, эти комли…»

Зимой двух Александров забрали в трудармию. Домой они не вернулись. Бабушка Ядвига, которую в деревеньке нарекли Алексуньей — по мужу, — осталась с четырьмя детьми. Двенадцатилетний Фридрих, получивший от местных жителей имя Фёдор, стал главой семьи.

Горе сильно подкосило бабушку Алексунью, ни на что не оставалось сил… На счастье, люди в деревне оказались добрыми. Сосед — дед Фирсун, Фирс Яковлевич Сиушов, был сторожем на ферме, — однажды увидел поздней осенью, когда уже льдинки лежали на лужах, босого пацанёнка. Вышел и дал Фёдору чуни.

А мать тогда на сына заругалась. Думала, украл он эти чуни — сыромятные, мехом внутрь. Очень она боялась, что дети от голода и холода себя нечестностью запятнают. Потом, когда женщины на ферме давали Фёдору одежду, даже в дом не пускала, кричала: «Ты своровал!». И когда набрал ведро картошки, перекопав с разрешения хозяев уже копаное поле, мать испугалась: «Ты своровал! Нас посадят!» Вот такая она была, наша бабушка Алексунья: несмотря на страшные лишения, честность и порядочность ценила дороже еды и одежды.

Отец говорит сейчас: «Я никогда бы до 80 лет не дожил, если бы не добрые люди кругом». Это соседи, работавшие на ферме односельчане, дававшие одежду, пищу, приют. Среди них Мария Филипповна Колганова, будущая тёща, Маланья Филипповна Князева, соседка.

...Приехал из Сузуна хозяин дома, где жили немцы, всех поселили в амбар. На вторую зиму выкопали себе землянку. Остальные переселенцы на квартиры просились, а женщину с четырьмя малолетними детьми кто бы к себе взял? Землянку вешней водой затопило. Спасибо бабе Фене Портнягиной, она пустила их в баньку, где надо было только крышу переделать. Помогал снова дед Фирсун. Когда бабушка старалась для настила тоненькие вершинки выбирать, дед учил Фёдора: «Не слушайся женщину, ты мужчина, хозяин, должен сам всё знать… Деревья надо такие брать, чтобы не гнили!»

Удивительное дело: росли в голоде и холоде, а выросли статные да высокие, образцовые гвардейцы! Отец по молодости красивый был, как киноактёр! Вскоре подружился со многими, но особенно с Васей Колгановым — ровесником, чей отец тоже погиб на войне. Мать Василия разрешала ребятишкам собираться в доме. Играли, на плите жарили картошку. Семья у них тоже была большая — пятеро детей. Среди них — девочка с льняными волосами, младше Фёдора на три года. Она, Татьяна Лаврентьевна Колганова, потом стала нашей мамой.

Когда в 1953 году отец женился, он, как и дед, не оставил своих братьев, взял к себе. Жили все вместе. Братьям помог выучиться. Борис и Константин работали водителями. В 60-х годах, после армии, Борис переехал в Барнаул, Константин живёт сейчас в Германии. Отто получил высшее образование, сейчас живёт в Нижнем Новгороде. Заслуженный учитель России.

Дом построили по сибирским традициям — изба и горница. Казалось, такой просторный! Наша мама, впервые войдя в новый дом, даже огорчилась: «Зачем нам такой большой? Что мы будем сюда ставить?». Ну и «ставили» в основном детей. В 1954 году у родителей родился первенец — Лиза, через год — Виктор, Саша появился в 1959 году, Нина — в 1962-м, Владимир родился в 1966-м. Жили дружно. Конечно, много работали — как все тогда. Но усталости словно бы не знали: друг к другу в гости ходили, на танцах отплясывали… В шесть утра едут на работу, поют. После десяти-двенадцатичасового дня едут вечером с работы — поют. Отец рассказывал: «Мы, молодые, на сенокосе работали. Трудно, тяжко, но, чуть вымоешься после работы, — на круг: танцы, песни! В фуфайках ходили и в сапогах, а друг друга в гости ждали и привечали».

У нас в соседях жили Колесниковы, Милаевы, Мироновы, Лактионовы… У всех были большие семьи, у всех — свои трудности. Но старались друг другу помогать. И до сей поры дети, уже разъехавшиеся из деревни, дружат и дети детей друг с другом знакомы.

Нашим отцу и матери не удалось получить хорошее образование. Но было у них такое стремление к знаниям, что на поколения вперёд хватило! Между собой они решили: как бы ни было трудно, детям надо дать возможность учиться. В Александровке была только начальная школа, ездили на занятия в Бобровку, в Ключики… Все дети нашей семьи получили высшее и среднеспециальное образование.

Отец наш — беззаветный труженик. Работал на стройке, в лесу, в поле, на ферме. В колхозе за добросовестность его всегда отмечали. Он ударник социалистического труда, был награждён медалями, отмечен подарками, грамотами, много лет был членом правления колхоза. Но первую награду — носовой платочек и расчёску, которую дали ему за хорошую работу, до сих пор вспоминает с особым чувством.

В 1978 году не стало мамы Тани. Для всей семьи это, конечно, было огромной трагедией: почти четверть века они прожили с отцом в любви и согласии…

Когда Александровку как бесперспективное село ликвидировали, отец переехал в посёлок Земледелец, ему дали колхозный кирпичный дом. Там живёт он и сейчас с доброй, трудолюбивой женщиной, Галиной Петровной Стрельниковой, уже более 25 лет. Дети разъехались, большинство из нас сейчас живёт в Барнауле. Но все мы точно знаем: в уютном и хлебосольном доме нам всегда рады. Отцовская забота поддерживает каждого из нас, его пример помогает найти правильное решение в сложных жизненных ситуациях.

Наши дорогие старики живут, на кризис не жалуются: держат огород, большое хозяйство. В домашних заботах проходит всё время: они, как и в молодости, встают ранним утром. Не только детям помогают дарами своего труда, но внукам и правнучке Настеньке, радости всей многочисленной родни.

В день отцовского восьмидесятилетия наша большая и дружная семья соберётся вместе: приедут из Германии, Москвы, Новосибирска, Нижнего Новгорода…. Мы ещё раз поблагодарим отца за то, что он вложил в наши сердца умение ценить всё хорошее, что есть на свете, воспитал в нас трудолюбие, волю к жизни. И пожелаем ему здоровья и долгих счастливых лет жизни.

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
Проект Большая Перемена
Непрерывный писк аппаратов ИВЛ въедается в мозг. Пот ручейками стекает по спине и лицу, щиплет глаза и сквозь запотевшие очки видны лишь силуэты неподвижно лежащих, стонущих людей. Мы побывали в «красной зоне» реанимации инфекционного госпиталя №25 и своими глазами увидели, к каким последствиям приводит легкомыслие окружающих.
Взять себя в руки и не поддаваться панике в разгар эпидемии коронавируса призывают психологи. Стресс губительно влияет на иммунитет, который сейчас под угрозой, а запасы лекарств, сделанные наобум, принесут больше вреда, чем пользы. Почему мы боимся и что с этим делать, VN.ru рассказал психолог Игорь Лях.
В стране рекордно подорожало подсолнечное масло. Оптовые цены выросли в среднем на три тысячи рублей за тонну. Как это отразилось на розничных ценах в магазинах Новосибирска, узнали корреспонденты ОТС.
Три месяца в пути провела жительница Новосибирска, 42-летняя мотопутешественница Екатерина Дроздова. Женщина проехала на своем байке 27 тысяч километров, побывала в 14 городах России и даже забралась на Эльбрус. И все это - во время эпидемии коронавируса. Своими впечатлениями о путешествии Екатерина поделилась с корреспондентами VN.ru.
В Новосибирской области в рамках прививочной кампании вакцину от гриппа получили уже более 40% жителей – или порядка 1,2 миллиона человек. Об этом сообщил 22 октября министр здравоохранения Новосибирской области Константин Хальзов.
Термин «сомнительный анализ» теперь исчезнет из результатов тестирования на COVID-19 в лабораториях Новосибирска. Теперь лаборатории получили новый референтный статус, позволяющий им ставить либо положительный, либо отрицательный анализ. Ранее результаты местных лабораторий приходилось подтверждать в Роспотребнадзоре.
Подписка на газету Советская Сибирь на 2021 год
x^