Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Иван Ромашко. Кроме шуток

29.10.2009
Иван Ромашко. Кроме шуток
Сегодня в культурной жизни Новосибирска по-особому яркое и праздничное событие. Под стать самому виновнику торжества — народному артисту России, ведущему солисту театра музыкальной комедии Ивану Андреевичу Ромашко, при упоминании имени которого лица собеседников расцветают улыбками, а в качестве главного эпитета обязательно произносится слово «душа»: «душа-человек», «все, что он делает на сцене, делает с душой», «душа компании», «душа спектакля». И так до бесконечности…
Сегодня знаменитый и любимый артист (а также поэт, юморист, либреттист) отмечает 80-й день рождения и 60-летие творческой деятельности.

— Иван Андреевич, вы, несмотря на две солидные соседствующие даты, самым активным образом заняты в репертуаре, а это почти десяток отнюдь не эпизодических ролей. Что, легкий жанр гарантирует вечную молодость?

— Вообще-то он страшно тяжелый. Тут, как в каком-нибудь другом, не отсидишься, не спрячешься в тень…

— В одном из телеинтервью Марчелло Мастроянни, большой мастер, с ужасом вспоминал свое единственное выступление в мюзикле: это абсолютно адская работа, восклицал он, — одновременно петь, плясать и играть, как драматический артист!

— А для этого необходимо постоянно быть в форме! (Я не говорю уже о том, что надо знать текст, понимать, что ты будешь делать на сцене, быть физически натренированным.) Потому что, если я не в форме, у меня не звучит голос. А это обстоятельство для музыкального театра означает совсем не то, что для драматического. Но, с другой стороны, наш жанр — он же веселый, он и силы придает! Иногда себя плохо чувствуешь, устал, приходишь в театр, сделал два мазка гримом, один слово сказал, второй вспомнил реплику — и пошло-поехало. Безусловно, театр лечит. Потому что выходишь на сцену и знаешь: зрителю все равно, как ты себя за минуту до этого чувствовал, что ты вчера делал. Перед зрителем никогда не оправдаешься: если плохо, то плохо, если хорошо, то хорошо. Это заставляет актера мобилизовывать не только свои силы и энергию, но обязательно и сердце, и душу. Кто-то из великих сказал, что талант — это способность дарить людям добро. И он прав! Почему одну и ту же сцену играет один артист, и тебя это волнует, захватывает, а другой — оставляет равнодушным? Хотя текст они произносят один и тот же. Потому что способность отдавать, протягивать в зал душевные нити есть не у каждого.

Ну а чтобы настроиться в каких-то чрезвычайных обстоятельствах, нужны, конечно, и воля, и характер, и опыт. Помню, случилось как-то, просидели мы в актерской компании всю ночь, а у меня на следующий день в 12 часов — спектакль «Василий Теркин». То есть практически в течение двух часов я на сцене… Ну, думаю, пропал. И вот эта ответственность заставила меня так мобилизоваться, да еще эмоции были растревожены, что наш дирижер Цигельман после спектакля сказал: «Ваня, так проникновенно ты никогда не играл, я даже в некоторых местах плакал…»

Конечно, таких экспериментов я ни себе, ни кому другому не пожелаю. Но страха перед какими-то нестыковками — ты уже прошел это! — стало меньше. Ну как в жизни: если я испытал и военное детство, и послевоенное время, голод и холод, то я считаю: какая это пустяковина, что чего-то там нету! Я иногда говорю: что вы так расстраиваетесь?! Проживем, господи! Это все мелочи, мелочи… И вообще в жизни главное — духовный настрой! А вот если иногда с душой плохо, это уже беда, хуже любой усталости…

— И тут вспоминаются 90-е… Там ведь какая-то история была с Домом актера ужасная…

— Тяжело было тогда очень… И физически тоже: меня ведь в 1994-м страшно избили. Ногу в двух местах переломили и руку. Какими-то железными прутьями лупили. Хорошо, жив остался. Так что мне теперь ничего не страшно.

— Это были чьи-то поползновения на лакомый кусок собственности в центре города?

— Я думаю, да. Ко мне, как к председателю правления местного Союза театральных деятелей, много раз приходили и угрожали. Требовали отдать Дом актера. Я отвечал: как же я могу отдать, это же актерский дом?! Притом там уже разместились игорные заведения, и я их с огромным трудом, но выгнал оттуда… Скорее всего, за это и избили… Они ведь не объяснялись со мной, за что бьют. Но дело это прошлое, чего вспоминать!

— Может быть, и не стоило бы вспоминать, но это часть вашей жизни. И многие ли в городе знают, что, кроме шуток и веселых арий со сцены, за вашими плечами такие поступки? Насколько я знаю, именно в этот период вы вступили в клуб «Зажги свечу». «Светить, и никаких гвоздей!» — ваш девиз по Маяковскому, похоже, обрел еще одно воплощение, и вы нашли единомышленников?

— Актерство, я считаю, и есть свет, который эта профессия несет — должна нести! — людям. А тогда, в 90-е, все вокруг ломалось, рушилось, и мы, члены клуба, а с нами и другие артисты, писатели, врачи стали выезжать в села, в глубинку, выступали, помогали чем могли, чтобы люди сохранили хоть какой-то оптимизм, чтобы выжила наша культура. Все это вдохновлялось и держалось на авторитете и популярности Ивана Ивановича Индинка — и тогда, и сейчас президента нашего клуба.

И сегодня в основном в клубе у меня какая-то такая хорошая отдышка-передышка от повседневных дел. Потому что там очень интересные люди. Да, в общем-то, все известные люди города — в их числе Казначеев, Покидченко, Гуренко, Шапошников, Щукин… Были Валера Егудин и Саша Плитченко. Я их люблю и они меня любят. Вот придут всем клубом на бенефис. Не потому, что я такой блестящий артист, а потому, что они меня знают, и вот я на сцене — им интересно! Мне всегда очень приятно, когда члены клуба бывают на моих праздниках, премьерах и просто на спектаклях. Есть у нас и домашние встречи: когда мы приходим по какому-то поводу в клуб с женами, детьми, внуками. Мы дарим друг другу подарки: кто-то что-то прочитает, кто-то что-то споет, кто-то написал новую книгу…

— Словом, это творческое, духовное, взаимообогащающее общение?

— Именно так, и оно мне очень дорого.

— Иван Андреевич, о ваших творческих планах впрямую не спрашиваю, но вот в 1961 году вы с композитором Георгием Ивановым написали оперетту «У моря Обского» — о строителях Академгородка. И, как я прочла в ваших воспоминаниях, настоящие строители Новосибирского научного центра очень живо восприняли это произведение, даже узнавали себя в придуманных вами героях… А вот если бы сейчас сесть за письменный стол, о чем хотелось бы написать? Есть в наше время о чем рассказывать?

— Конечно. Потому что сейчас уже что-то в этой жизни выкристаллизовалось. В отличие от начала 90-х, когда совершенно ничего не было понятно. Но во все времена важны более всего вечные темы — любви, верности, предательства, дружбы. И мне лично эти, человеческие, темы ближе всего… А сегодня в тех же телесериалах все завязывают в действие, а не в чувство, не в мысли, не в разработку характеров или отчего люди лучше становятся, хуже становятся… В основном — убили, раскрыли, поймали — этот непрекращающийся ажиотаж вокруг события, да еще криминального. А не души человеческой, как в классике. Поэтому я новости посмотрю и обычно выключаю телевизор. Но, слава богу, есть театры, и очень неплохие у нас, в Новосибирске…

— А чем, на ваш взгляд профессионала, хороша Новосибирская музкомедия?

— Я люблю наш театр по многим причинам: здесь мои друзья, товарищи, коллеги, у нас очень талантливая молодежь и так далее, и так далее. А хорош он, безусловно, тем, что создавался как филиал оперного и несет в себе уже полвека его гены — высокое отношение к музыке, к сцене… Мы соблюдаем эти традиции и поэтому являемся одним из лучших театров в России. Как говорится: «Гены — куда от них денисси!» Это шутка такая была в спектакле по пьесе Рацера и Константинова «Долгожитель».

— К слову, а ваша молодежь — дети, внуки — вслед за вами в артисты не пошла?

— У меня сын Андрей — священник. У него пять ребятишек, моих внуков. И есть среди них один, Ванька, полный мой тезка — Иван Андреевич Ромашко, учится сейчас в лицее при консерватории во втором классе. Пианист. Слух прекрасный. 14 октября исполнилось десять лет. Родился как раз накануне моего 70-летия, за две недели. Невестка говорила тогда: «Простите, папа, не додержала!» Остальные внуки тоже с талантами: когда приходят ко мне, стихи читают, песенки поют… Будут все они у меня и на бенефисе. В прошлый раз, на 75-летие, не с кем было самую маленькую оставить. А сейчас все придут, хоть и еще одна появилась, но ей уже два с половиной годика… Пока на пяти остановились, но это еще не полностью заказано. Думаю, там еще будут.

— «Я вас любил…» — так назвали вы свой бенефис…

— Потому что это мой любимый романс, это бессмертные стихи, где в восьми строчках столько всего!.. Ну и, безусловно, это мое признание в любви зрителям, признание в любви театру, оперетте, наконец:

Я полвека отдал оперетте
И открыто признаюсь
сейчас,
Что без женщин жить
нельзя на свете
И частица черта бродит
в нас…
Я люблю тебя, мой жанр
чудесный,
За великий яркий оптимизм.
Ты моя лирическая песня,
Ты моя вся
прожитая жизнь!..
Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
Губернатор Новосибирской области Андрей Травников назначил главой регионального Министерства культуры Наталью Ярославцеву. Несколько лет назад она уже занимала пост, но покинула его по собственному желанию.
Владимир и Валентина Романченко из села Метелево Купинского района вместе уже 43 года. Вырастили троих детей, а сейчас, на пенсии, ведут свое фермерское хозяйство. Как говорит глава семьи, с супругой привыкли с детства трудиться, и пока силы есть, будут работать не только для своей семьи, но и для жителей, для которых фермер Романченко единственный работодатель.

08.07.2020
На руководителей медцентра, которые под предлогом оказания высококачественных медицинских услуг вынуждали пожилых граждан брать крупные кредиты, возбуждено уголовное дело в Новосибирске.
Почти половина жителей Новосибирска из-за страха заразиться COVID-19 стала реже пользоваться общественным транспортом. Чуть больше половины (51%) жителей столицы  Сибири чаще пользуются личным автомобилем. Аналитики провели опрос в крупных городах России и выяснили, как пандемия коронавируса изменила отношение новосибирцев к общественному и личному автотранспорту.
08.07.2020
Традиционные линейки 1 сентября не будут проводиться в школах в этом году из-за пандемии коронавируса, заявил в среду, 8 июля, министр просвещения России Сергей Кравцов на международной конференции «Первые итоги пандемии: вызовы и новые возможности для мировой системы образования».

Как поступить с новосибирскими «наливайками», министр и страдающие жильцы многоквартирника обсудили, не отходя от кассы. Материал опубликован в газете «Советская Сибирь» №28 от 8 июля 2020 года.
x^