На столе перед ним лежит школьная тетрадь. Единственной рабочей левой рукой, слегка подрагивающими пальцами, Максим выводит букву за буквой. Почерк удивляет аккуратностью: среди линеек появляются ровные, четкие символы. В тетрадях за третий класс у него почти одни четверки и пятерки.

«У меня идея! Напишу самое длинное слово, которое я знаю: «Рентгеноэлектрокардиограмма», — с гордостью говорит Максим. Это длинное и сложное слово он запомнил наизусть за долгие месяцы и годы, проведенные в больничных палатах и реанимациях.

Внешне Максим выглядит как самый обычный современный мальчишка. У него ультрамодная стрижка — с выстриженными по бокам четкими зигзагами. И только если присмотреться к затылку, под волосами видна россыпь белесых шрамов — тихие следы перенесенных реанимаций.  

«Сначала парализовало правую руку, а через восемь часов в больнице его полностью парализовало. Остановилось глотание, потом дыхание, пострадали все внутренние органы, был парез лица. Все, что он мог — это один глаз закрывать полностью и улыбаться половинкой рта», — рассказывает мама. 

Какая именно инфекция поразила спинной мозг и нервную систему, врачи так и не смогли точно установить. В медицинских заключениях звучат сложные термины, а врачи, глядя на мальчика, разводили руками: поражение невероятно похоже на последствия тяжелейшего полиомиелита, хотя Максим был привит от него.

Два месяца малыш провел в реанимации. Он не мог ни говорить, ни дышать без аппарата ИВЛ, ни есть — питание поступало через гастростому, специальную трубку в животе. Но ребенок всё понимал и искал способы общаться с внешним миром.

«Он выживал, как мог, — с трудом сдерживая эмоции, говорит Наталья. — Понял, что если улыбается, если пытается привлечь к себе внимание, к нему чаще подходят, могут переключить мультики. Он показывал мимикой, улыбкой и глазами. А один раз, когда через месяц к нему в реанимацию привели старшего брата, Максим так рыдал навзрыд... Молча. Это было так страшно, когда ребенок молча бьется в истерике, и ты не слышишь его голоса».

Шансов на восстановление врачи практически не давали. Но семья не сдалась. Дробышевы переехали из Алтайского края в Новосибирск, где было больше возможностей для реабилитации. Потихоньку, шаг за шагом, произошел прорыв: Максим научился заново заглатывать пищу, и гастростому убрали. Затем удалось снять и трахеостомическую трубку из горла — мальчик заново заговорил.

Левая рука оставалась единственной хоть немного подвижной частью тела. И Максим сам, без принуждения, решил: он переучится и будет делать ей всё. 

У Максима аналитический склад ума. По математике он один из лучших в классе: бывает, что одноклассники списывают у него, а иногда и он у них — обычная школьная взаимовыручка. Когда к Максиму приходят друзья, они часами играют в сложные настольные стратегии, а по вечерам вся семья — мама, папа, Максим и его старший брат, 11-классник Артём — садятся за карты.

Правда, школьные перемены для мальчика выглядят иначе, чем для остальных. «Когда в классе какие-то интересные выступления, например, танцы, я не могу участвовать, но в душе я подтанцовываю, — тихим голосом говорит Максим. — На переменах я сижу в телефоне, а одноклассники бегают. Просто потому, что я ничего не могу чисто физически...»

Однако в цифровом пространстве физические ограничения полностью стираются. Управляя пальцами одной левой руки, Максим играет в Roblox и Minecraft на уровне опытных геймеров. «В играх я становлюсь крутым, мощным профессионалом! Побеждаю сильных соперников. Способность моего героя — «шквал света», — с воодушевлением рассказывает мальчик. — В большинстве игр нужно управлять двумя руками, но я выбрал те, где можно приспособиться одной. Было сложно учиться одной рукой и играть, и писать, и рисовать».

В будущем Максим очень мечтает стать видеоблогером — снимать обзоры на игры и делиться своими победами. А еще Макс очень любит эстетику во всем. Например, обожает красиво поесть. Мама балует сына кулинарными шедеврами: готовит ризотто, сочные шницели, мини-котлетки, ажурные блинчики и пирожные картошка, обязательно выкладывая блюда на тарелке как в ресторане. 

Максим очень ждет новых историй и рассказов от ребят для третьего тома «Книги для Тёмы» — проекта, который объединяет сильных духом детей и дает им уверенность в том, что они не одни.