Команда 03. Скорая помощь — взгляд изнутри

На пульт неотложки в Багане поступает почти тысяча вызовов в месяц Когда речь заходит о скорой помощи, часто приходится слышать, что медики, работающие в этой структуре, равнодушны, грубы и их «вечно не дождешься». Корреспондент газеты Ольга Волкова посмотрела на работу неотложки изнутри. Вместе со специалистами Баганского района она дежурила по скорой и узнала, в каких условиях и с каким настроением на самом деле работают те, кто спешит на помощь. «Покой нам только снится» — Как обычно проходит ваше дежурство? — обращаюсь к Юлии Потаевой, медсестре по приему вызовов, а по-простому — диспетчеру. — На месте не сидим, — отвечает она. — Сейчас немного тише. В период эпидемии гриппа будет «очень весело». Вызов за вызовом. Машины колесят по райцентру, а иногда по району, почти не заезжая на территорию больницы. — По каким поводам в основном поступают звонки? — Порезы, похмелье, температура, головная боль… Более серьезные вызовы: переломы, аварии, отравления — к счастью, случаются реже. Но мы должны реагировать на любой звонок, даже если у бабушки привычно подскочило давление. — У нас и «постоянные клиенты» появились, — вступает в разговор только что вернувшийся от больного старший фельдшер Павел Гостищев. — Они каждый день звонят и требуют приехать. Бывают, люди просто нуждаются в разговоре по душам. Дорогие шутки — Досадно, когда вызов оказывается бесполезным, — говорит Юлия Александровна, — примчимся, а на месте понимаем, что это была чья-то шутка. Либо адреса не существует, либо дома никого нет. Обидно, и время дорогое жалко... В диспетчерской раздается звонок. — Здравствуйте. Что случилось? Головная боль? Ждите… Если будет параллельный вызов, позвоню на мобильный! — последняя фраза адресована нам с доктором, спешащим на вызов. — Почему на телефон? — спрашиваю. — А рация? — Она который год не работает. Недавно пытались починить, но все без толку. Несколько секунд, и я вместе с медработниками оказываюсь в машине. Едем. «Улица Приходько», — проговаривает вслух водитель. «Соболь» скорой громыхает на ухабах как доказательство того, что пора транспортное средство менять. Непредвиденная задержка в пути: двое автолюбителей перегородили улицу своими авто и мило беседуют. Водитель неотложки сигналит. Те оборачиваются, но продолжают вести разговор. Лишь после повторных сигналов они неохотно разъезжаются, уступая нам дорогу. «Если бы в это время требовалась медпомощь их родственникам, как бы они себя повели?» — думаю про себя. Вот мы и на месте. Входим в дом, я немного волнуюсь. Молодую женщину регулярно мучают нестерпимые головные боли. Павел Дмитриевич выясняет причину, измеряет пациентке температуру, давление. Вводит лекарство и дает рекомендации. Вежливо прощаемся и возвращаемся на базу. «Наша служба и опасна, и трудна…» Оказавшись вновь в диспетчерской, продолжаю задавать медикам вопросы. Открываются еще более интересные моменты рабочей жизни скорой помощи. Ложные вызовы — это цветочки. Помимо оскорблений, бывают и случаи прямого физического нападения. Узнаю о том, как пьяные мужчины и женщины бросаются в драку, непривязанные и «мирные», по утверждению хозяев, собаки нападают. Поскольку в бригадах в основном женщины, то роль рыцарей-спасателей отводится водителям. Без взаимного понимания — В нашей работе очень важно иметь большой запас терпения, — говорит Павел Гостищев. — Не все понимают, что высокая температура вовсе не повод для врача мчаться с мигалкой. Исключение составляют маленькие дети. Большинство заболевших не готовы ждать, они считают, что скорая помощь должна явиться через минуту после звонка. Во-первых, это физически невозможно, поскольку на дорогу требуется время, во-вторых, существует приоритет важности. Все звонки сортирует диспетчер. Если у нас на руках два вызова: один — к больному с температурой, а другой — к пациенту с сердечным приступом, конечно, важнее второй. Когда же, наконец, врачи приезжают к первому, тот начинает отпускать крепкие словечки за «медлительность». Беседу перебивает телефонный звонок. На другом конце провода бабушка из поселка Первомайского просит приехать и сделать ей перевязку ноги. — Но мы не делаем перевязок, — поясняет диспетчер. Звонок обрывается. Телефон тут же вновь звонит. — Срочно на центральный рынок, пожилой женщине плохо, — сообщает медсестра. Едем на рынок, Павел Дмитриевич быстро, прямо в скорой осматривает больную. Везем ее домой: слышно, как она стонет, жалуясь на тошноту и сильное головокружение. Неудивительно: бабушка потеряла сознание, упав, сильно ударилась головой. Как только оказана необходимая помощь и состояние больной не вызывает опасений, Павел Дмитриевич все же решает отправиться в поселок Первомайский на перевязку. Первый вызов — как боевой Мы вновь в диспетчерской скорой. Пока телефон молчит, продолжаем беседовать. — Я свой первый выезд помню, как сейчас, — рассказывает фельдшер Ольга Бондаренко. — Мне тогда было чуть больше 20 лет. Поступило сообщение о кровотечении. Ну, думаю, порез, кровь не останавливается, справлюсь. Захожу в дом. На железной кровати лежит женщина в предобморочном состоянии, повсюду кровь. Диагноз определила сразу, не растерялась и вовремя доставила пациентку в больницу. Плюс больше минуса — Чем же привлекает вас эта работа? — Радостью, которую испытываешь, когда спасаешь человеку жизнь, — отвечает Павел Дмитриевич. — Это самый большой плюс, ради которого и работаем. Один «полезный» вызов надолго перекрывает множество «бесполезных». Иногда счет идет на секунды, а у тебя при себе никаких приборов для точного установления диагноза. Полагаешься только на опыт, знания, интуицию. За своих работников я спокоен. Все фельдшеры имеют высшую категорию. У некоторых за плечами по 30 лет медицинского стажа, огромная практика, лучше врачей порой с диагностикой справляются. — Вас часто благодарят за помощь? — Очень редко, — улыбаются медработники. — Благодарят хирургов или терапевтов, а работников скорой — почти никогда. — О чем мечтаете? — задаю последний вопрос. — Кушетки бы обновить да мебель. Все, что находится в кабинетах, досталось нам после списания. Машины оставляют желать лучшего. Транспорт положено менять раз в пятилетку, но… Оборудование и аппараты для оказания первой медпомощи есть, да только часто не работают. К примеру, дыхательный аппарат давно свое отслужил, но на ремонт деньги не выделяют. Вот и приходится довольствоваться тем, что есть. Несколько часов этой смены, что я пробыла на станции скорой помощи, прошли относительно спокойно: всего несколько вызовов, и те, к счастью, оказались легкими. Но, судя по статистике, такие дни скорее исключение, чем правило. СПРАВКА На станции скорой помощи в Багане трудятся шесть фельдшеров, четыре диспетчера, шесть водителей и две санитарки.