Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

...А вода стоила три копейки за ведро

13.04.2002
Год основания - 1893. Год превращения в город - 1903. Центр губернии - с 1919 года. Центр и столица всей Сибири - с 14 января 1921 года и по сей день.Немногие города мира совершали столь стремительную карьеру, как наш Новосибирск. Историки любят красивые слова: столица, индустриализация, первая пятилетка, последнее десятилетие. Но вот что за ними кроется - рассказывают не всегда. Хотя, чтобы понять, что получилось, надо оценить и то, чего это стоило.Скрючившиеся от времени странички документов городского архива. Расплывшийся шрифт дрянных пишущих машинок. Забытые имена и фамилии давно ушедших от нас земляков. А за ними - нежданно-негаданно свалившаяся на новосибирцев столичная жизнь.

К 110-летию Новосибирска

Даже по площади кладбищ на старых городских планах можно понять, какой ценой досталось Новосибирску звание столицы Сибири

На заработки...

 Год основания - 1893. Год превращения в город - 1903. Центр губернии - с 1919 года. Центр и столица всей Сибири - с 14 января 1921 года и по сей день.

Немногие города мира совершали столь стремительную карьеру, как наш Новосибирск. Историки любят красивые слова: столица, индустриализация, первая пятилетка, последнее десятилетие. Но вот что за ними кроется - рассказывают не всегда. Хотя, чтобы понять, что получилось, надо оценить и то, чего это стоило.

Скрючившиеся от времени странички документов городского архива. Расплывшийся шрифт дрянных пишущих машинок. Забытые имена и фамилии давно ушедших от нас земляков. А за ними - нежданно-негаданно свалившаяся на новосибирцев столичная жизнь.

А ведь поначалу ничто ее не предвещало. В переломном для России 1917 году в тогдашнем Новониколаевске было всего-то 69 тысяч жителей: скромное пятое место по Сибири. Первенство держал Томск - 101 тысяча сибиряков. Дальше по порядку располагались Иркутск, Омск и Красноярск. Впрочем, красноярцы и иркутяне на столично-сибирский статус не претендовали по причине проживания в местах, шибко отдаленных от Москвы. Не были претендентами на лидерство провинциальный Барнаул со своими 56 тысячами алтайцев и 11-тысячный поселок Щегловск, ставший впоследствии городом Кемерово. А вот между остальными тремя точками борьба разгорелась нешуточная.

Первым сошел с дистанции Томск: не по силам оказалось интеллигентному пенсионеру тягаться с нахрапистыми конкурентами. Подкосил и факт пребывания города на железнодорожной обочине: во многом благодаря ему губернский центр в 1919 году был перенесен в меньший по размерам, но стратегически более выгодно расположенный Новониколаевск. А в годы гражданской войны и связанных с ней разрухи с голодухой томичи попросту начали разбегаться: сидя в таежно-транспортном тупике, сыт не будешь. В итоге через шесть лет, в 1923-м, Томск, потеряв четверть населения, сравнялся с Новониколаевском - по 76 тысяч горожан. Еще три года спустя переименованный Новосибирск уверенно вышел на второе сибирское место: 121 тысяча народа против 91 тысячи томичей.

Семья новониколаевского обывателя
 Но это уже 1926 год. А мы вернемся в 1920-й. Тогда бесспорным сибирским лидером был город Омск - 142 тысячи жителей (ровно вдвое больше, чем в Новосибирске!), древняя история, хорошо развитая промышленность, мощная транспортная сеть. Что ни говори, даже захудалая станция Новониколаевск принадлежала Омской железной дороге до последней рельсины.

И вот при таком-то раскладе судьба выкинула финт покруче последней олимпиады в Солт-Лейк-Сити: именно небольшому городу с реки Обь, почти безнадежно отстававшему от главного конкурента по всем параметрам, сразу после встречи нового 1921 года торжественно были вручены, пользуясь спортивной терминологией, золотая медаль и столичное звание. А без одной минуты победитель с берегов Иртыша ни за что ни про что получил дырку от бублика.

Историческое предвидение? Начальственный каприз? Или просто ушлость наших отцов и дедов, обскакавших омичей в высоких кабинетах? Сложно сказать - не исключено даже, что не в пользу Омска сыграл, как сейчас модно выражаться, имидж колчаковской столицы в только что закончившейся гражданской войне. По архивным документам видно, насколько жуткую обиду вызвало такое силовое распределение пальмы сибирского первенства в Омске. С этого момента то, что зависело от омичей, но при этом вело к усилению Новосибирска, ими чаще всего откровенно саботировалось. К примеру, за начало строительства нового вокзала новосибирцы бились несколько лет, ибо правление Омской железной дороги не давало на это дело ни рубля. Пришлось даже давить на омские власти через Москву: так избалованный мамой младший брат прячется от оплеух старшего под мамину юбку.

Впрочем, и для самих новосибирцев привалившее им столичное счастье стало поначалу немалой гирей на тощей шее. Ибо что такое статус столицы Сибири? Это превращение провинциального семидесятитысячного городка с несколькими мощеными улицами, без воды и канализации в центр притяжения огромного региона с неизбежным стремительным ростом населения. Был ли готов к этому наш Новониколаевск?

Сибирские купцы, известные своей благотворительностью, - братья Маштаковы: Григорий, Гаврил
 Только что закончилась кровопролитнейшая Гражданская война, особенно чувствительная для ни с кем не воевавшей со времен Ермака Сибири. Еще год назад из новониколаевского военного городка вывозили и спешно хоронили тысячи трупов жертв холода и холерной эпидемии 1919 года. Упали почти до нуля питавшие городскую казну финансовые потоки от колыванского и бердского купечества, разогнанного или вырезанного в военное лихолетье. Острейший жилищный кризис - город переполнен беженцами той же Гражданской войны. На таком фоне зарождалась новая столица Сибири: отдадим дань уважения поколению двадцатых годов, сотворившему практически невозможное.

Сегодня уже не взять интервью у первостроителей Новосибирска. Но еще можно оживить чудом уцелевшие в архиве голоса наших земляков той поры. Год 1929-й - делегация новосибирских трудящихся неприкаянно бродит по кремлевским кабинетам, пытаясь достучаться до вышестоящих лиц.

Тов. Кураев, руководитель делегации: «В нашем городе мы имеем непрекращающиеся эпидемические заболевания: брюшным тифом, скарлатиной. Наш водопровод, построенный только в этом году (восьмой год столичной жизни! - С.К.), дает воды около ведра в сутки на человека: можно подумать, что в городе Новосибирске никогда не умываются. Долины речушек Каменки и Ельцовки густо заселены рабочими: в землянках, называемых «ласточкиными гнездами», живет около 50 тысяч человек. Мы вывозим около 5% нечистот. Уборные постепенно передвигаются во дворе, и город стал как бы большой свалкой».

Сибирские купцы, известные своей благотворительностью, - братья Маштаковы: Федор, Павел
 Можно, конечно, подобно пролетарскому поэту Маяковскому, сидя в теплой столичной квартире, лениво воспевать трудовой героизм замерзающих на голой земле строителей Кузнецкстроя или Новосибирска... Некогда Новосибирск в пору его бурного роста обожали именовать сибирским Чикаго: бог весть, с чьего бойкого пера спорхнула эта кличка. Теперь представим на минутку респектабельного чикагского рабочего, скукожившегося в земляной избушке на берегу ароматной Каменки при сибирских минус сорока градусах морозца. Речь даже не о его хваленой производительности труда - любопытно, сколько бы он вообще прожил в таких условиях? Неделю? Две? Скорее всего, пользуясь терминологией нашего президента, просто вымерз бы в сортире где-нибудь на второй день.

Из доклада коммунального управления благоустройства Новосибирска за 1935 год: «В 1935 году 700 семей рабочих Металлостроя и 300 семей рабочих станции Эйхе (ныне Инская. - С.К.) переведены из землянок в благоустроенные дома».

И это еще шесть лет спустя - на четырнадцатом году столичного звания. А сколько таких семей еще оставалось?

Отмечу зависть новосибирских ходоков к соседям: в обиженном статусом Омске ни землянок, ни самовольного строительства тогда уже не было. А в главном городе Сибири каждый третий живет, по сути дела, в выкопанной им лично норе на скате оврага над загаженной речкой - да провались она пропадом, такая столичная жизнь!

Тов. Масляков, рабочий: «Рабочие, проживающие на окраинах, боятся идти в центр на работу или в культурные учреждения - никто не гарантирован, что благополучно вернется домой, что его не разденут или, еще хуже, не прикончат. В результате и на окраинах развиваются пьянство и хулиганство».

Впрочем, чаще всего били тогда (как и сегодня) не за пролетарское происхождение, а за «пятую графу», благо объектов хватало. В первую очередь эмоции от суровой столичной жизни вымещались на хлынувших в бурно растущий Новосибирск аборигенах Казахстана и завезенных сюда каким-то мудрым интернационалистом китайских трудящихся.

Протокол N 3 заседания президиума горКК от 25.01.1932. «Имеется ряд случаев нетерпимого шовинизма: систематические обсчеты рабочих-казахов, увольнения их с мотивировкой «казахи-лодыри», прямое избиение и издевательство. В селе Каменка, где находится китайский колхоз «Кантонская Коммуна», неоднократно избивали китайцев, причем судебно-следственными органами никаких мер не предпринималось».

Вокзал станции Обь
 Ничего не напоминает обстановка? Ничто не ново под луной на Руси, что тогда, что сейчас: была бы национальность, а кулак, административный или натуральный, найдется.

А вот слово «идти в центр» в ту пору звучало иначе, чем сейчас: первая специализированная дорожная организация Сибирского края начала работу только в 1926 году. Тогда на весь Новосибирск имелся 1 (один) тротуар из цементных плит по Красному проспекту: от улицы Колыванской до Ядринцевской. По нескольким улицам были проложены деревянные тротуары. Вся остальная территория сибирской столицы весной, осенью и после хорошего летнего дождя представляла собой жидкое месиво различной глубины, прогулки по которому были, что называется, рассчитаны на большого любителя. Тем более что уличного освещения не было даже в центре города, не говоря уже про окраины: оно будет смонтировано лишь к 1932 году. Не удивительно, что в положении о земельном отделении Горкомхоза на 1927 год понятия «улица» и «дорога» как объекты землепользования вообще не упоминаются: болото - оно и есть болото.

Первый новосибирский асфальт появится только в 1936 году: нам, живущим ныне, не оценить все счастье горожан тех лет по этому поводу.

Тов. Кураев: «Город, выросший на месте соснового бора, оказался на песках и летом буквально заносится пылью, из-за чего главную площадь у нас прозвали «пустыня Гоби». Глубокие овраги Каменки и Ельцовки лишают нас связи с окраинами - так, посетившая Новосибирск делегация Коминтерна не смогла попасть в окружную больницу, так как автомобиль завяз в ельцовском овраге».

Самое время дать слово независимому эксперту: наркому здравоохранения СССР товарищу Семашко: «Лично я сам знаю ваши Нахаловки, которые я недавно осматривал. Могу засвидетельствовать и о ваших оврагах, где, проезжая нашим автомобилем по спуску от военного городка (нынешняя улица Военная. - С. К.), мы вызвали катастрофу и чуть не убили человека, ехавшего на телеге. Благодаря вашим крутым спускам товарищ был выброшен лошадью, и нам пришлось везти его в больницу».

Официальных Нахаловок в главном городе Сибири было две: Большая и Малая. Так именовались спальные микрорайоны Кагановического района (ныне Железнодорожный), раскинувшиеся от улицы Владимировской до берега Оби. По названию и по сути в самую точку: сплошной самострой и нравы соответствующие. Благодаря им десять лет спустя президиумом горсовета был принят уникальный документ, достойный цитирования.

Постановление президиума горсовета N 3824 от 19.08.1937. «Запретить Горкомхозу пользоваться термином Большой и Малой Нахаловки, т. к. каждая из улиц этого района имеет свое название».

Что и говорить, многое запрещали в СССР в те годы - но вот общепринятые топографические названия, да еще и административным рыком «сверху», прямо скажем, не так часто.

Наиболее категоричным в оценках в далеком 1929 году оказался главный новосибирский врач - зав. крайздравом тов. Тракман: «Могу со своей стороны подтвердить, что Новосибирск дошел до такого предела, что дальше идти некуда. Любое учреждение здравоохранения находится в таком состоянии, что его лучше сжечь, чем ремонтировать. Пример - Дом матери и ребенка, где люди вынуждены ждать на улице в очередях».

Что ж, и на эту тему остался документ, принятый спустя три года:

Постановление президиума горсовета N 1596 от 11.10.1932 «О переводе эпидемической больницы из клуба им. Сталина». Поручить т.т. Кузьмину и Орехову в двухдневный срок подыскать необходимые помещения, чтобы освободить клуб Сталина от больных к 15-й годовщине Октября».

Эпидемии тех лет - это брюшной тиф, дизентерия, скарлатина... Краевая больница и городские больнички не справлялись с потоком пациентов. Вот и пришлось сперва отдавать под это дело клуб имени вождя, а потом соображать, как быть с юбилеем советской власти. Кстати, перебросить тифозного больного в другое здание на телеге по ноябрьскому морозцу означало резко понизить его шансы выжить - антибиотиков тогда тоже не было, как и многого другого...

Тов. Суслова, рабочая трикотажной фабрики: «У нас нет яслей и детсадов, где работница могла бы оставить детей. Наши дети занимаются в школах в три смены с 7 утра до 11 вечера при крайней перегрузке смен. При этом значительное количество детей вообще не посещает школу. Водопровод нас, рабочих, не обслуживает - воду приходится покупать, платя 3 коп. за ведро (в 1929 году 100 рублей в месяц считались высокой зарплатой. - С. К.), чтобы не заболеть, беря ее из грязных колодцев».

И с образованием отчаянно пытались навести порядок: силовыми методами и уж никак не от той светлой жизни, которую воспевали газеты.

Постановление президиума горсовета N 1459 от 31.07.1932 г. «Из всех домов, бывших ранее школами, выселить всех жильцов в трехдневный срок в рабочие бараки Горстройтреста».

Так оно и было: только-только выбрался из земляной ямы, получил жилье - а дом-то до революции, оказывается, школа занимала! И коленом под зад, и опять вниз по социальной лестнице с горестно-недоуменным выражением - за что, братцы? А ни за что - ибо население стремительно растет, а все остальное просто не успевает: ни жилье, ни больницы, ни школы.

И снова пожелтевшие страницы, и снова безвестные сегодня людские судьбы. Но чем дальше роешь те бумаги, чем больше летит в тебя человечьей горечи тех лет, чем глубже понимаешь и оцениваешь по площади городских кладбищ на старинных планах города, какой страшной ценой далось Новосибирску звание столицы Сибири, - кто не верит, пусть сам выроет землянку на Каменке и проживет в ней годик без воды и света, - тем больше гордости возникает за своих земляков: ведь выстояли, удержали, не уронили! И начали налаживать жизнь, и оставили в конце концов соседей-соперников далеко позади. Но это уже следующая история...

Автор выражает благодарность сотрудникам городского архива и территориального управления автомобильных дорог за помощь в подготовке материала.

Резонанс
Новости
Пока одни птицы пережидают зиму на юге, другие перебираются поближе к людям. В Новосибирске заметили длиннохвостых неясытей. Летят в мегаполис в поисках еды синицы, снегири, свиристели, дрозды-рябинники. Чем лучше угощать пернатых гостей, и почему синиц называют зомби, узнали корреспонденты ОТС.
Самые актуальные песни, посвященные мамам – в специальной подборке VN.ru. От нестареющей классики в исполнении Валентины Толкуновой «Поговори со мною, мама», до современных перепевок от участников шоу «Голос. Дети».
Главную театральную премию Новосибирска «Парадиз» вручили накануне Года театра в 29-й раз. В понедельник, 19 ноября, в Камерном зале филармонии состоялась торжественная церемония. Спектакль «Подонки» по пьесе Максима Горького «На дне» получил сразу четыре награды.
Много лет терпели жители двухквартирного дома в Доволенском районе Новосибирской области неприятное соседство. Предприимчивая фермерша завела целое стадо копытных, отходы жизнедеятельности которых складировала под соседский забор, игнорируя жалобы соседей. В дело вмешались судебные приставы.

Чин освящения церкви в Новосибирске совершил Верховный католикос всех армян Гарегин II. Армения первой в мире приняла христианство в качестве государственной религии, но церковные службы отличаются от привычных нам православных. И новый храм в Сибири - уникальное строение.
116 аварий из-за некачественного содержания городских дорог произошло в Новосибирске в зимние месяцы 2018 года. 666 аварий - из-за плохой видимости дорожной разметки. Состояние работы по обеспечению условий для безопасного дорожного движения на территории столицы Сибири обсудили в мэрии, на заседании городской межведомственной комиссии по профилактике правонарушений.