 |
Ровно тридцать лет назад «Вечерка» опубликовала стихи Надежды Пузыревской - это была ее самая первая публикация, первый выход к читателю. Тогда Надежда бывала в Новосибирске наездами - местом ее работы была сибирская тайга, Забайкалье, Дальний Восток. Значится в ее трудовой книжке и «стройка века» - БАМ. А стихи геодезиста Надежды Пузыревской печатались в альманахах и коллективных сборниках, в журналах «Огонек», «Смена», «Знамя», «Сибирские огни» и «Дальний Восток». Первая книжка стихов «Таежные костры» вышла в Благовещенске, а следующая - «Ах, романтика» была издана в Новосибирске.
Сейчас Надежда Пузыревская закончила работу над новой книгой - большим сборником стихов «Страницы дней». Сегодняшняя подборка - стихи из новой книги, которая, будем надеяться, увидит свет.
Жалобно в окна стучатся
Зябкого клена веточки.
Серое низкое небо
Смотрит в мои глаза.
В это огромное счастье
Долго еще не верится -
Няню прошу испуганно
Девочку показать.
Солнце встает несмелое,
Улица звуком полнится.
Первое зимнее утро
Дочка моя живет.
Все, что сейчас задумаю,
В жизни моей исполнится.
Очень сегодня хочется
Мне заглянуть вперед.
Будет июль за стеклами
Южными пахнуть ветрами,
Землю умоет ласковый
Летний короткий дождь.
Ручки протянешь теплые,
Глянешь глазами светлыми,
Мамой меня нечаянно
В первый раз назовешь.
В ярком коротком платьице
Шатко пойдешь по комнате.
Ждут тебя, дочка, в будущем
Много дорог других.
Только трудны и праздничны
Мне навсегда запомнятся
Самые неумелые
В жизни твои шаги...
***
Утро раннее-раннее
Посередине зимы.
Позывные по радио,
Добрый голос Москвы.
Снег метелится ласковый,
На душе хорошо.
Нынче маленькой Ладушке
Третий годик пошел.
И не спится мне утречком
Очень важного дня.
Скоро встанет разумница,
Говорунья моя.
Заиграется с куклами,
Зашумит, запоет...
Жизнь помчится нескучная
Все вперед и вперед.
***
И я, когда-то вольная, как птица,
Небесной наслаждалась глубиной.
Мне и теперь еще нередко снится
Размах свободных крыльев за спиной.
Мне и теперь в уютной клетке душно,
Но поняла и я, в конце концов,
Что если только птица не кукушка,
Ей вить гнездо, выращивать птенцов.
Наступит март и встрепенется
сердце,
Наскучит строгость парковых аллей.
Но что простор без рук вот этих
детских -
Высоких крыльев нежности твоей...
***
У тебя, как и прежде,
Респектабельный вид.
Все в лице и одежде
За тебя говорит.
Нет для грусти причины,
Жизнь красиво течет,
И чужие мужчины
Тебя любят еще.
Не сдавалась на милость
И цвела, как в раю...
Двадцать лет ты молилась
На свободу свою.
У меня - то пеленеки,
То болезни детей.
У тебя - кинопленки
От минувших затей.
Все пытаешь: «Обидно?»
Что же, как ни крои,
И закончились, видно,
Изысканья мои.
Только ты понапрасну
Обо мне не жалей -
Где-то новые трассы
Ждут моих дочерей.
И обидой не душит
Над кастрюльками труд -
Где-то в мире грядущем
Мои внуки живут.
Вот тебе-то осталось -
Независимый вид...
Одинокая старость
На пороге стоит.
***
Если к далям новым и таинственным
Унесут однажды поезда,
Не забудь, что есть
Один-единственный
Отчий дом, где ждут
Тебя всегда.
Где в окно стучит
Рябина ветками,
Где хранят, упрятав в сундуки,
Чепчик рядом с первыми пинетками,
Где твои рисунки и стихи.
Где, как в старину,
На стенке ходики,
И скрипит пружинами кровать,
Где тебя до самой малой родинки
Помнит сердцем старенькая мать.
Ждет и ждет, и мучится бессонницей,
Шепчет тихо: «Господи, прости...»
Как же нужно жить всегда по совести,
Чтобы этот дом не подвести.
***
Мне девятнадцать скоро. Новый свитер
Мне придает такой пикантный вид.
И длиннорукий фэзэушник Витя
Напротив окон преданно сидит.
Уж третий год сидит, надеясь
тщетно
На справедливый жизненный закон...
Я в ожерелье бельевых прищепок
Принцессой выплываю на балкон.
В вечерней полумгле белее мела
Его лица печального овал...
Вчера другой, решительный и смелый,
Меня в подъезде нашем целовал.
Он чувства выражал иначе -
Вполне нормальный современный
стиль.
И право, что за преданность собачья
У Витьки по прозванию Фитиль?
Как будто бы заняться больше нечем...
И усмехаюсь я в ответ легко,
Когда друзья бросают мне при встрече:
«Ну, как там твой, сидит еще
«Желтков»?
...А он сидит, и в январе, и в мае,
Подняв забавно воротник пальто.
А я смеюсь. А я еще не знаю,
Что после не полюбит так никто.
***
Причины, видно, показались вескими,
А что б иначе привело сюда?
Обличием такие деревенские
Старушки на скамеечках сидят.
Их с городскими бабушками важными
Не спутаешь, хоть в этих же летах.
Им не к лицу дома многоэтажные
И городская наша суета.
Внучат ли дочке вынянчить приехали,
Прибились ли к сыновнему теплу?
А жизнь другими измерялась вехами,
В ней было поле вешнее и плуг.
В ней было все понятно и доходчиво,
И дни вот так не проходили зря.
И по утрам старух будили кочеты,
Едва вдали затеплится заря.
Пускай вода сама из крана плещется,
И батарей доказаны права,
Им все колодец старенький мерещится,
Привычней как-то печка и дрова.
Им здесь покоя не дает бессонница,
Ну а уснут - который год подряд
Все видят то веселые подсолнухи,
То ласковые мордочки телят...
***
Как незаметно к нам приходит осень...
И солнцу вслед глядим печально мы,
И ветер листья мертвые уносит,
И пахнет воздух близостью зимы.
Ночами кто-то превращает лужи
В звенящее хрустальное стекло.
А вот и первый снег над нами кружит
Торжественно, печально и светло...
И перед правдой неизбежной стужи
Нам все дороже крыша и тепло.
***
Звуки дальние замерли,
Только звезды звенят.
Ты - мое наказание
И награда моя.
За дороги далекие,
За мою доброту,
За надежду нелегкую,
За большую мечту.
И за то, что не мучила,
Не корила, любя.
Как печальную музыку,
Я любила тебя.
