Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

...Кого мы приручили

26.01.2001
Они же - живые. И живут в обществе, с законами которого нужно считаться. Но и у братьев наших меньших тоже есть свои неписаные законы. И нам тоже надо с ними считаться, тогда, наверное, меньше было бы взаимных обид и меньше несчастных бездомных, брошенных догов, эрдельтерьеров, сеттеров, дворняжек...

Сэм и Макс

 Сэм и Макс - собаки, живущие с нами в трехкомнатной квартире на седьмом этаже девятиэтажки.

Вот сейчас, когда я пишу эти заметки, Сэм лежит у моих ног, а Макс - на своем излюбленном месте - на подушке на постели.

Им хорошо и покойно.

Сэм - колли. У него роскошная рыжая шуба с пушистым белым воротником и голубые глаза. Наш добрый интеллигентный пес почти слеп. Ему четырнадцатый год, двенадцать из них он живет вместе с нами.

Макс - английский коккер-спаниель. Но за «англичанина» его редко принимают: для этой изящной породы он несколько крупноват, и характер у него тоже выходит за рамки стандарта - горючая смесь бешеного темперамента и удивительной смекалки. Когда его впервые стали стричь и он начал крутиться и не поддаваться ножницам, мастер (а у нее шесть таких коккеров) с некоторым раздражением заметила, что наша собака - кинологический брак.

Она ошибалась. Макс - кинологическое чудо. Активный, жизнерадостный, смышленый, с грустными-грустными глазами Арлекина. Макс - охотник. Ему бы в охотничьи руки попасть... Впрочем, неизвестно, отдал ли бы он подстреленную утку своему хозяину...

По крайней мере, мне ничего не отдает: ни очки, ни расческу, ни щетку, ни сапог... Все это - его добыча. И он ее оберегает: лежит под кроватью, куда тащит все это добро, и рычит...

Ему три года, живет с нами с первого дня рождения.

Мы любим наших собак. А они - нас. Они - наши друзья. Надежные, верные, преданные. Бескорыстны и всегда рядом, всегда готовы прийти на помощь.

Мы для них - целый мир. В нем сосредоточена вся их жизнь.

Живем дружно. Обиды прощаем легко. Но хлопот хватает: два (а иногда и три) раза надо выводить их на улицу, готовить еду (каши на бульоне из костей), вычесывать, мыть, стричь... Они же - живые. И живут в обществе, с законами которого нужно считаться. Но и у братьев наших меньших тоже есть свои неписаные законы. И нам тоже надо с ними считаться, тогда, наверное, меньше было бы взаимных обид и меньше несчастных бездомных, брошенных догов, эрдельтерьеров, сеттеров, дворняжек...

В электричке

 Лето. Едем на дачу. Сэм лежит в проходе, выбрав такую позу, чтобы как можно меньше занимать места. Наше «купе» - на два сиденья в конце (или начале) вагона - занято. Просить перейти в другое «купе», если там свободно, бесполезно. Можно и на грубость нарваться. Вот как сейчас.

- Ваше место в тамбуре, собака без намордника, у меня аллергия, - вещает на весь вагон беспокойная пассажирка.

Я молчу. Сэм - тоже.

- Это же колли. Большая кошка, - вступается за нас сосед по «купе».

Без намордника - это плохо. Это нарушение. Ведь никто не знает, что Сэм - добродушный и миролюбивый пес. Соседи по даче поначалу даже интересовались: а он умеет лаять?

Умеет. Ведь в жилах его течет кровь шотландской овчарки. Собака крупная. Лежит себе на крыльце, положив морду на лапы, и это впечатляет случайного прохожего.

Электричка - другое дело. Здесь каждый норовит погладить густую шерсть. Он, в общем-то, терпеливо сносит эти порядком надоевшие ласки. Только однажды огрызнулся на подвыпившего мужика.

Я же с осторожностью отношусь к подобным просьбам. Не знаю, что у Сэма на уме, ведь для него кругом - все чужие. И не разрешаю гладить. Я, кстати, никогда не протяну руку к чужой собаке, тем более крупной.

- ...Идите в тамбур.., - продолжает вещать обиженная на весь свет пассажирка.

Сэм лежит.

- Кому мороженое: пломбир, эскимо?..

Сэм встает... ложится...

- Перчатки... Очень дешево...

Сэм встает... ложится...

- Газеты... Есть что почитать...

Сэм встает...

- Да что же это такое! И ходят, и ходят, не дают собачке спокойно полежать! - взрывается вдруг наш недавний недоброжелатель.

У магазина

 Идем гулять, а заодно и в магазин. Обычно уходим за гаражи, что разместились на высоком берегу замытой поймы Каменки. Внизу - недостроенная коробка спортивного комплекса, стройка стоит лет шесть, от здания остались одни кирпичные стены. Растащили все, даже оконные блоки. Теперь на бывшей стройплощадке - автостоянка. А мы лишились отличного места для прогулок.

Нынче летом стали поспешно сносить гаражи. Прошел слух, что и домишки, большинству из которых под 80 лет, тоже снесут. Значит, людям дадут благоустроенные квартиры, порадовались мы и огорчились: где теперь гулять будем? Но огорчались напрасно - все замерло. И обрадованные собаки снова повели своих хозяев на прогулку по привычным местам.

Собак в нашем городе много. Говорят, больше, чем в Париже. Тогда нам тем более нужно думать о том, где же все-таки их выгуливать. А выгуливать, кроме как на обочине тротуара, негде.

Мы граждане законопослушные и регулярно вносим налог за собак. Налог маленький - по 12 рублей за хвост. Но даже эту сумму вносят далеко не все. Впрочем, куда идут деньги, которые все-таки собираются, я лично не знаю. И не только я.

Так что во многом проблема в нас самих.

Как-то весной, ужаснувшись увиденному, я взяла пакет и совок. Сначала стеснялась подбирать кучки, оставленные нашими собаками, а потом освоилась. Нормально. Главное - себя хорошо чувствуешь.

- Ну и что одна вы сделаете? Бросьте.., - заметила как-то наш дворник.

Скоро я, действительно, оставила это бесполезное занятие. И, наверное, напрасно.

Идем в магазин. Поводок натянут, как струна. Макс, как танк, рвется вперед. Сэм, нога к ноге, неспешно, с достоинством следует рядом.

Привязываю собак к ограде. Ухожу, оглядываюсь: оба застыли. Минут через пятнадцать выхожу. Собаки мои с напряженным вниманием и нарастающей тревогой смотрят на дверь. Увидя хозяйку, Макс срывается с места, бросается ко мне, но поводок не пускает, и он с радостным лаем кидается на шею Сэма: «...Я говорил, я говорил, а ты: бросила нас, бросила... Ну где ты пропадала? Сиди тут на морозе, жди, мерзни...»

На кухне

 Коккер-спаниели - первые в обжорном ряду. Едят все и в любом количестве. Лучше - в самом большом.

«...Как я хочу есть... Ну все бы тут съел», - Макс нетерпеливо прыгает на задних лапах возле кухонного стола. Ну еще бы: мясо-то вот, рядом, дотянуться бы. Если его длинный нос все-таки не достанет до вожделенного куска, он поможет себе лапой.

Сэм стоит в дверях. Он знает: породистой собаке не место на кухне. А в дверях - можно. Здесь и ему что-нибудь перепадет, если, конечно, этот ненасытный Макс не перехватит.

«...Нет, надо, надо научиться открывать холодильник... А то ходишь тут, подбираешь крошки, как какая-то паршивая курица...» - и Макс уныло поплелся с кухни.

Наши знакомые

Это бездомные собаки: породистые и беспородные, крупные и маленькие, злые и добрые. Здесь их, в тупичке сохранившегося частного сектора, собирается множество. Жильцы привыкли к ним, но не приваживают. А собаки жмутся к воротам в надежде обрести хозяина и хоть какую-нибудь кость. Всех жалко, но в особенности - породистых. Оказавшись в непривычной для них обстановке, они теряются, напуганы и беспомощны.

Наверное, именно это чувство жалости движет людьми, когда подбирают заблудившихся ротвейлеров и сеттеров, дают объявления в газеты, организуют приюты.

Одна моя приятельница подобрала на улице симпатичнейшего ирландского сеттера и с левого берега везла на правый, к себе домой. Дома - две кошки, внук, престарелый дед.

- Я как глянула на него - исхудалый, замерзший, жалобный - сердце екнуло, - говорит она. Сейчас Граф - любимец семьи.

Другая приятельница вот уже шестой год опекает дворняжку Найду и ее щенят, которых она приносит аккуратно дважды в год. Чтобы доставить им еду, приходится ехать на трамвае три остановки - на бывшее место работы. Именно там обитает Найда. Утепленная конура и сытый обед ей обеспечены.

Узнала историю создания собачьего приюта в одном из уголков Дзержинского района. Началось все с квартиры. Но сколько собак можно держать в квартире - три, пять, десять? На собачье счастье, добрая, неравнодушная к животным женщина оказалась человеком энергичным и деловым: добилась в мэрии участка земли, огородила его, нашла единомышленников, таких же неравнодушных людей. И среди них - людей состоятельных, которые стали ей охотно помогать. Помогает и ветеринарная служба.

Но самое, наверное, главное: здесь собак и их щенков не отдают в случайные руки. Более того, за судьбой своего питомца внимательно следят.

Сейчас в этом приюте более ста бывших беспризорных собак. Бывших - ведь теперь у них есть дом.

...Мы идем гулять за гаражи, навстречу вылетает Черныш: шерсть дыбом, хвост задран... Тормозит, и вот уже совсем другая собака приближается к моим псам. Даю ему кусок хлеба и вместе бежим на наше излюбленное место.

P.S. Недавно в программе «Слово» случайно (я не являюсь постоянным слушателем и поклонником этой программы) услышала, как выступавшая женщина сетовала на «кощунственную», с ее точки зрения, жалость к «кошечкам и собачкам», когда сейчас так много беспризорных, несчастных детей. Должна заметить, что в обществе, где не заботятся о животных, всегда будут несчастные, обездоленные дети. Это открытие люди сделали не вчера - тысячу лет назад.

Резонанс
Новости
Пять с половиной часов будет длиться традиционное авиашоу 5 августа в Мочище под Новосибирском в этом году. Пилотажные группы «Русь», «Барсы» и «Соколы России» взмоют в небо под звуки симфонического оркестра. 450 участников и 70 парашютистов на 90 воздушных судах со всей страны с 9 утра покажут новосибирцам высший пилотаж.
«Люди, которые пол-лета смотрели футбол, теперь не знают, чем себя занять», «Буду пересматривать лучшие моменты – Акинфеев отбил как Бог!», «После шумихи забудут, и все» - говорят жители Новосибирска. Читать Кафку и Гарри Поттера, кататься на велосипеде, размахивать флагами ВМФ, болеть за хоккейную «Сибирь» и самим заниматься спортом – такие средства от послефутбольной депрессии предлагали новосибирцы корреспонденту VN.ru, проводившему опрос на улицах города.
Глава Новосибирской области Андрей Травников в ходе рабочей поездки в Кочковский район 13 июля ознакомился с работой местного аэроклуба «Решеты». Это первый частный аэроклуб в стране, его основная задача — развитие планерного спорта как в нашем регионе, так и в целом в стране.
Аварии теплотрассы на зоне ТЭЦ-5 лишили тысячи новосибирцев горячей воды еще на неделю летом 2018. Пока трубы ремонтируют, без привычного комфорта остаются 1092 дома, но с каждым днем эта цифра сокращается. В пятницу вечером горячую воду дадут в 500 домах правого берега. В каких кранах появится долгожданный кипяток, рассказали энергетики.
Сегодня, 15 июля, в 13 часов от Александро-Невского собора до Вознесенского собора по Красному проспекту в шестой раз пройдет традиционный Молодежный крестный ход,  посвященный Дню семьи, любви и верности. В целях обеспечения безопасности вводится временное ограничение и прекращение движения транспортных средств.
Бороться с ямами на «убитых» дорогах предлагает много интернет-сайтов. ОНФ утверждает, что по жалобам на их сайте дороги ремонтируют, портал «Мой Новосибирск» предлагает выбрать дороги для ремонта, ГИБДД выезжает проверять ямы, а 2ГИС предупредит. Где-то для жалобы достаточно фото и e-mail. Официальным сайтам придется оставить свои контакты. Какие сайты годятся «выпустить пар», а какие способны помочь заделать яму?
x^