«Натюрморт с самоваром» (Илья Машков, 1920-21)
Одно из самых известных и ценных музейных полотен. Авангардисты, к числу которых принадлежал Машков, вернули натюрморту статус «высокого искусства», но взглянули на этот жанр по-новому. На первый взгляд, наполнение натюрморта традиционно: самовар, фрукты, маслёнка… Но становится не по себе, едва взгляд падает на череп в правой части картины. Черное полотно под ним выступает метафоричной границей между мертвым и живым, а тарелка окружает мертвую голову, будто нимб.
«Солнечная корона» (Аполлинарий Васнецов, 1914)
«Постепенно смеркалось. За темной тенью скрывался диск солнца. Освещение окружающего ландшафта быстро приобретало какой-то странный, неземной оттенок, вселяя чувство тревоги… А отец смотрел, зарисовывал, запоминал, быстро наносил краски на полотно», – так описывал свои впечатления от солнечного затмения, увиденного в 1914 году под Феодосией, сын Аполлинария Васнецова. Испытать подобное жители Новосибирска могли летом 2008 года. Картина «Солнечная корона» поможет вновь ощутить тот первобытный трепет.
«Симфония действия» (Константин Юон, 1922)
Апокалипсис, изображенный на картине, стал реакцией художника на недавние революционные события. Старый мир, изображенный в теплых тонах, рушится в страшном водовороте, а люди в ожидании неминуемой гибели, кажется, потеряли всякую надежду. Впереди проступают очертания мира нового, который Юон показывает размытым, холодным и мрачным…
«В раздумье» (Виктор Васнецов, около 1880)
Эта картина получилась у Васнецова еще более мрачной, чем другое его творение с похожим сюжетом – знаменитый «Витязь на распутье», выставленный в Русском музее. От полотна веет ужасом и безысходностью. Дремучий, почти черный лес обступает богатыря со всех сторон, деревья, будто нечисть, угрожающе нависают над ним. А если обратить внимание, что витязь безоружен – у него нет ни копья, ни меча, ни стрел в колчане – за судьбу героя становится совсем тревожно.
«Часовня» (Николай Рерих, год создания неизвестен)
Эту картину великого Рериха посетители НГХМ признали самой мистической по итогам соответствующего голосования в официальной группе. И это неудивительно – на картине будто кадр из фильма ужасов. Ночь, своды древнего храма, свет луны, пробивающийся сбоку… По поводу фигуры на первом плане можно спорить. Кто это: мародер, пришедший разграбить часовню, или стражник, ревностно ее охраняющий? Но еще больше вопросов вызывает вторая фигура, точнее, ее очертания: в белую мантию облачен невидимый силуэт, видение, призрак… Мы будто кожей ощущаем приближение этого бесплотного призрака и оцепенение воина, оружие которого бессильно перед потусторонними силами.
