Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Люблю тебя светло

2010-07-29
Владимир Пальчиков
Люблю тебя светло
Сколько было у меня учителей в школах, преподавателей в институте, но вот светлый образ первой учительницы до сих пор стоит предо мной, как живой. Будто только вчера закончил я начальную школу, которой она заведовала, проводя уроки сразу в двух классах: первом и третьем, втором и четвертом. Так было принято в послевоенную пору, а почему — сказать не могу. Может, не хватало учителей, а может, из каких-то педагогических соображений.

Звали мою первую учительницу Таисия Федоровна Вторушина. Невысокая, рыжеватенькая, с легкой хромотой на правую ногу. Говорили, что фронтовичка, хотя она ничего не рассказывала об этом сама: в те годы было не принято хвалиться своими боевыми заслугами. Еще она курила — не на уроках, а в перемену, жадно затягиваясь дешевой папироской, пуская дым в жерло круглой железной печи, устав от нашей тупости и безмозглости. Мы в те годы такими были неразвитыми, что просто ужас. В деревне ни радио, ни электричества, ни даже газет, а о телевизоре вообще ничего не слышали. Моя старшая сестра Вера, уже став взрослой, со смехом вспоминала, как в третьем классе они проходили части речи, в частности глагол. Учебников не было, это уже в мое детство стали давать один на два-три ученика.

— Идти в школу, а я не знаю, что такое глагол. Вдруг спросят. Реву, как дура. Тут братики мои старшие на помощь пришли: «Слушай, Верка, запоминай, дуреха: части речи упали с печи, стукнулись об пол — получился глагол. Усекла»? Я с первого раза запомнила. Дурное, оно всегда запоминается хорошо, и учительнице рассказала. Та чуть не в обморок, класс со смеху покатывается... Вот какие мы были грамотеи. Да что сестра?! Со мной тоже было нечто подобное. В первом классе, когда проходили букву «ф», я неожиданно заболел и два дня не был в школе. Моя мама, не умеющая читать, решила, однако, восполнить пробел и, когда я показал ей букву в букваре, уверенно сказала:

— Это, сынок, буква «хвэ». Я ее знаю. Так и скажи Таисии Федоровне.

Я так и сказал: дескать, буква «хвэ».

— Кто тебя научил? — поинтересовалась Вторушина. — Отец ведь у тебя грамотей. Мама? Ну тогда понятно.
Отец в самом деле много помогал, в особенности решать задачки по арифметике. Таисия Федоровна, научив, как надо правильно произносить букву, сказала, что завтра она принесет книжку хорошего русского писателя Льва Толстого и прочтет его рассказ, который называется «Филиппок».

— Этот мальчик тоже не умел правильно произносить букву «ф». И вы узнаете, как это происходило.
Наверное, то было удачной педагогической находкой сельской учительницы, но и с произношением у нас в самом деле была беда. Наши бабушки и дедушки, отцы и матери не могли похвалиться грамотешкой и мы перенимали их ошибки. Это уже потом, много лет спустя, в школах стали создавать дошкольные подготовительные классы. Помню разговор с учителями Никулинской средней общеобразовательной школы Татарского района, одними из первых создавшими такую программу для детей пяти-шести лет.

— Мы должны детей научить правильно говорить, — рассказывал бывший директор Яков Клинг, ныне председатель районного Совета депутатов. — Потому что это просто беда.

Если бы мне пришлось учиться в подготовительном классе, я наверняка бы не путался в ударениях, почему-то успешно освоив неграмотную речь матери, украинки по происхождению, пренебрегши чистым русским языком отца.

Я боялся свою первую учительницу, боялся до дрожи в коленях, наверное, это тоже было от неразвитости, деревенской забитости. Мы ведь ничего не видели, нигде не были, даже в районном центре — городе Куйбышеве. Учительница снилась мне ночами, и я от страха просыпался весь в поту. И надо же было случиться: в первом классе потерял табель успеваемости, который Таисия Федоровна выдала по итогам первого полугодия. Помню, с какой гордостью показал его маме, хотя в нем сплошь и рядом были одни трояки и, как золотник в навозе, блестела пятерка.

— Мама, — хвалился я, — у меня есть пятерка.

— Так это по поведению, сынок.

Я не знал значение слова «поведение» и спрашивал, что это такое.

— Это как ты ведешь себя в школе, не балуешься ли...

Я был глубоко разочарован: одна пятерка и та непутевая. И вот посеял табель. Куда он задевался? «Черт, черт, поиграй да отдай». Я плохо спал или вовсе не спал, глаза у меня покраснели, мучился таким образом не менее двух месяцев до тех самых пор, когда табель надо было сдавать, чтобы Таисия Федоровна поставила отметки за третью четверть. И вот как-то, набравшись мужества, в слезах подошел к учительнице и все честно сказал. Был уверен: будет ругать, а может, возьмет линейку и что есть силы треснет по башке. Но она мельком взглянула на меня и, видимо, сразу догадалась о моих душевных муках:

— Я сделаю новый, — буднично сказала она. — Все твои отметки у меня в журнале.

Я понял: добрая она, добрая. В этом я еще раз убедился очень скоро. Под Рождество, Старый Новый год, на Пасху мы славили — вставали чуть свет и бежали по сельском дворам, читая разные сказки-присказки.

В тот раз очень везло: крестная тетка Дарья сунула в холщовую сумку сразу три горячих шанежки, родная сестра отца, тетка Евлаха, работавшая в школе техничкой и получавшая вместо палочек-трудодней живые деньги, подала рубль. Я куплю на него в деревенской молоканке очень вкусное эскимо. У Гордеевых в тот день были пироги с маком и они тоже не поскупились. Успех вскружил голову и я летал от дома к дому. Вот заскочил еще в один, стянул на пороге шапчонку и привычно запел:

Сею, сею, посеваю,
С Новым годом поздравляю.
Не дадите пирога —
Я хозяина за рога.
Не дадите булку —
Хозяюшку на улку.


— Это кто собрался меня на улку выпроводить? — из соседней комнаты, надевая на ходу ситцевый халатик, выходила моя учительница. Вид у нее был несколько растерянный, но глаза смотрели строго. Ужас сковал меня, готов был сквозь землю провалиться от стыда и тут же бежать без оглядки.

— Нет, ты погоди, — остановила Таисия Федоровна. — Сколько раз я вам говорила, что попрошайничать нехорошо. Да и Бога никакого нет, все это поповские выдумки. Но раз пришел... что же. — Она снова нырнула в соседнюю комнату и вернулась с книгой очень большого формата. То были «Сказки» Пушкина, которые я до безумия любил.

С тех пор больше не боялся своей учительницы и полностью доверял ей. А на переменках мы вместе пели песни. Пели про нашего вождя товарища Сталина и еще про девушку-революционерку, которая, страдая за народ, «из тюрьмы на волю бежала».

Начинала учительница:

Это было давно,
Лет семнадцать назад,
Вез я девушку трактом
почтовым.

Мы дружно и весело подхватывали:
Молодая была,
голубые глаза,
И покрыта платочком
шелковым.


В песне не менее десяти куплетов, хватало как раз на всю переменку. На поиск девушки-беглянки выехали стражники.

Вдруг тюремный конвой
перерезал нам путь,
Кони будто бы вкопаны
стали.
Кто-то выстрелил вдруг
прямо девушке в грудь,
И она, как цветочек, завяла.


Кое-кто из ребятишек, особенно же девчонки, плакали. Таисия Федоровна тоже вынимала из рукава душистый платочек и смахивала легкую слезу.

— Теперь, дети, на урок, — умиротворенно и ласково говорила она, входя в класс последней и закрывая за нами дверь.

Жила наша учительница с единственной дочерью Алкой, на удивление красивой взрослой девушкой. Несмотря на свой интеллигентский статус, она вместе со всеми сельскими работала на нелегких колхозных работах, и когда женщины возвращались на пароконных фургонах с ближних покосов, вместе со всеми пела песни. Голос у нее был замечательный, выделялся среди прочих своей звучностью и особой мелодичностью. Он сводил с ума наших ребят, но Алка до самого отъезда так никому и не отдала предпочтения. Страдали хлопцы понапрасну.

Еще у учительницы был граммофон, единственный на всю деревню, являющуюся одной из бригад колхоза имени Ленина Куйбышевского района. Она часто приносила его в школу, которая размещалась в бывшем кулацком доме, ставила на подоконник, широко распахнув окна. Просвещала нас, ребятишек и колхозников, которые тоже слушали, и не только песни, из которых самой популярной в то время была «Ах, Самара-городок», но и классическую музыку. Думаю, что делала она это вполне сознательно.

Когда уезжала, то собрала нас всех в школе. Мы долго томились в ограде, теряясь в догадках, зачем нас позвали сюда. Кто-то сказал, что учительница хочет не только попрощаться с нами, но и сделать нам подарки. И они действительно были. Я получил твердую квадратную картонку, на которой была нарисована большая буква «Ф». У других тоже были буквы из личной коллекции учительницы. Наверное, она хотела сказать этим, что мы становимся взрослыми и должны помнить ее, научившую нас читать и писать.

Было это давно, не семнадцать лет назад. Страшно подумать, но уже больше полувека минуло. И вот в год Учителя вспомнил я Таисию Федоровну, ибо всё, что есть хорошего во мне, — от нее. Буду помнить, сколько буду жить на белом свете, а если там, за черным пологом потустороннего мира, увижу ее — поклонюсь в ноги.

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс
Новости
Проект Большая Перемена
21.10.2020
При температуре и признаках ОРВИ гражданам следует оставаться дома и вызвать врача из поликлиники по месту жительства. Порядок лечения – необходимость госпитализации или лечения на дому определит медицинский работник, исходя из конкретной ситуации, пояснили в министерстве здравоохранения Новосибирской области.
Правительство России выделит Роструду из резервного фонда 35,6 млрд рублей на выплаты пособий по безработице в России до конца года. Отмечается, что у некоторых регионов сложилась задолженность по выплатам безработным.
20.10.2020 Видео
Новосибирцы жалуются на нехватку лекарств в аптеках. В первую очередь, жаропонижающих и противовирусных препаратов. Несколько обращений поступило в общественную приемную губернатора. В правительстве собрали совещание, на котором обсудили сложившуюся ситуацию. Корреспонденты ОТС отправились на стратегический склад, чтобы оценить запасы медикаментов.
Лодочные переправы, паромы, «передача», военный понтонный мост – эти ниточки связывали два берега великой Оби сотни лет. Наконец-то, в 1925 году на первом генеральном плане Новосибирска была нанесена полоска капитального моста. Именно в том месте, где он сейчас и находится. Но его постройка и открытие оттянулись на 30 лет.
20.10.2020
Как быстро и просто узнать, больны ли вы коронавирусом? Ответ на этот вопрос нашел врач-педиатр высшей категории, телеведущий, кандидат медицинских наук Евгений Комаровский. Доктор предложил понюхать тряпку, натертую чесноком.
Депутат Госдумы Евгений Фёдоров выступил с предложением продолжить выплаты детям от 3 до 16 лет. Фёдоров считает, что выплата в размере 10000 рублей семьям с детьми может быть начислена и в третий раз. По его мнению, такие выплаты должны стать регулярными.
Подписка на газету Советская Сибирь на 2021 год
x^