Украшая ауру Земли

Находить вдохновение и думать о вечности

Лошадь — динамичный символ бурлящих жизненных сил и скорости, воплощение природной грации и красоты, а для мастерицы Ольги КОБРИНОЙ из Москвы это еще и символ вдохновения. Ее работы поражают необычайной реалистичностью и детальностью исполнения. В Новосибирске Ольга принимала участие в фестивале «Артания».

— Ольга, с чего началось ваше увлечение творчеством?

— На этот вопрос проще всего ответить так: когда в школе на родительском собрании речь заходила обо мне, классный руководитель говорила: «Ну, ваша опять лошадей рисует...» Если же по существу, то папа — первоклассный художник и преподаватель — подготовил меня после художественной школы к институту, и я поступила на монументальное отделение.

Мы занимались в художественном комбинате, преподаватели — практикующие мастера различных направлений. Помимо основных дисциплин, изучали мозаику, технику фресковой живописи, витраж, иконопись, работали с камнями. Мы делали по 200 набросков в неделю! Все это привело к тому, что к предпоследнему курсу у меня выработался личный стиль в графике. А делать скульптуры лошадей я начала всего год назад.

— Что вдохновляет на создание таких лошадей?

— Разное. Порой что-то конкретное — определенная лошадь, масть, даже имя. Живописное произведение, фильм. Но думаю, что мои работы, как рисованные, так и лепные, происходят из общего мироощущения, воспитания. Не буду оригинальной, но скажу, что придерживаюсь вечных ценностей — красота, гармония, любовь. Я не «натворила» еще чего-то великого, а просто живу, но когда делаю ту или иную вещь или рисунок, то думаю, что они должны стать еще одним украшением ауры Земли. Задуматься о Вечности — это важно. Сразу отпадает мода, сиюминутность, страсти... Творение человеческих рук, на мой взгляд, должно проходить через время и обогащать наш мир и души.

Меня привлекает искусство древних цивилизаций — Месопотамии, Египта, классические авторы — Боттичелли, Рафаэль. Лаконичность и изящество линий, гармоничная смелость, неслучайная легкость решений. Особенно хочу сказать об авторских куклах, потому что мои скульптурные лошади как раз вышли по своей задумке именно из этой области искусства, а не из моделей животных. Отношусь к ним точно так же — они все индивидуальны, все с душой. Я люблю гармонично условных кукол, и здесь поняла, что так же и в лошадях — реализм имеет границы, условность же безгранична.

— Какие приемы вы используете?

— Когда меня спрашивают: «Как вы делаете таких лошадей?», я и не знаю, что сказать. Опыт и образование начинают работать сами, идеи приходят, а остальное — дело техники. Технические приемы использую те же, что в кукольном мастерстве.

— Семья поддерживает вас?

— Конечно! Когда нужно отдавать работу, сделанную на заказ, супруг на полном серьезе заявляет, что сам ее лучше купит, только бы конь никуда не ускакал. Но потом мы устраиваем проводы, прощаемся, даем лошадке наставления. Потом вспоминаем этого коня — как он там, кто там с ним рядом, ведь они попадают только к любящим хозяевам.

— Как у вас получается добиваться такой реалистичности?

— Использую пластик, различные массы для моделирования, натуральные волосы ангорской козочки и краски. Работа начинается с подробных рисунков, затем идет лепка на каркасе. Расписывать я люблю масляными красками, но на некоторых материалах она долго сохнет, тогда я использую темперу. Каждый материал имеет особенности, взаимодействие с красками, лаками... Это непросто. Даже на гладкой масти лошади я нахожу места для прорисовки шерсти маленькими штришками, это придает работе вес и показывает индивидуальность, работу мастера. Все полностью сделано вручную: украшения, цветы, колокольчики — хочу, чтобы вся скульптура была полностью сделана мной. Люблю фурнитуру из состаренного металла и однажды купила у индийцев маленькие колокольчики, но они оказались меньше на два миллиметра, чем подходило по композиции. Пришлось отказаться от них и сделать самой. Вот такие мелочи иногда бывают решающими.

Что касается самой лепки лошади — у меня большой архив фотографий разных пород и движений, которым пользуюсь для придания большей реалистичности. Но нет ничего лучше живой модели! К сожалению, редко приходится видеть живых лошадей, но когда вижу — моментально запоминаются те анатомические детали и особенности, на которые тратились часы поиска в фотоархиве. По времени на одну работу уходит около месяца или больше. Но я не делаю их круглосуточно. Да и отдыхать от своей работы надо, чтобы не замылился глаз. Слеплю часть, спрячу на пару дней. Так легче выявить ошибки.

— Есть ли какие-то планы на будущее?

— Сейчас мечтаю создать коллекцию стилизованных лошадей разных характеров.