Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Колыбельная от Вероники

12.10.2013 00:00:00
Татьяна Шипилова
Колыбельная от Вероники
Новосибирцы не слышали божественного сопрано Вероники ДЖИОЕВОЙ полгода, поэтому ждали ее, как всегда, с нетерпением. В последнюю весеннюю встречу она была полна эмоций, желаний, планов и… некоторых противоречий.

Оперная примадонна поет своей маленькой дочери арии и готовит новые проекты — ее планы расписаны до 2017 года

Новосибирцы не слышали божественного сопрано Вероники ДЖИОЕВОЙ полгода, поэтому ждали ее, как всегда, с нетерпением. В последнюю весеннюю встречу она была полна эмоций, желаний, планов и… некоторых противоречий. Во-первых, конечно, ждала дочку, радовалась, что наконец обрели с мужем, дирижером Алимом Шахмаметьевым, свой уголок — квартиру в Праге (оттуда удобнее всего передвигаться по миру и летать в Россию и Осетию), а во-вторых, никак не могла представить: как все в реальности совместить, не нарушив основательно творческих планов. И вот Вероника приехала в «родной театр», так всегда она называет наш оперный (ее первый театр после консерватории, здесь же лежит трудовая книжка), спела Ярославну, Микаэлу в «Кармен» и поделилась радостными новостями — все намеченное сбылось…

«Все время былана сцене»
— Родила я доченьку Адриану 8 июня, до восьмого месяца пела. Через месяц опять вышла на сцену. Многие даже и не узнали, что я, оказывается, родила: костюмы носила сценические, все время была на сцене.

— Доченьку назвали в честь героини оперы Адриенны Лекуврер?
— Меня многие об этом спрашивают — нет, нет. Имя понравилось моему брату. Я хотела назвать осетинским именем Алана, но брат сказал, что она будет жить в Европе, пусть и имя будет европейское. И так фамилия у нее Шахмаметьева, сложно латиницей писать — много букв, пусть хоть имя будет европейское. Пока же мы ее с Алимом называем и Мисуня, и Масюся — у нее много ласковых уменьшительных имен…

— Что-то изменилось с рождением малышки? Вот вы вышли на сцену, начали петь...
— Не знаю, но все сказали, что голос стал красивее, глубже. Сама я каких-то изменений не заметила, потому что уже через полмесяца начала заниматься с педагогом там, в Праге. Потом была занята в проекте «Звезды оперы в Монако», где участвовали и шесть российских певцов, в том числе всемирно известные Мария Гулегина, Владимир Галузин, Алексей Марков. Мне выпала честь представлять русскую классическую музыку, тогда мне и сказали, что голос звучит на удивление хорошо, хотя я еще кормила малышку грудью…

— Первое, что спели?
— Все лирическое, чтобы не нагружать голос: ту же Адриенну, впервые спела арию Джудитты из оперетты Легара, Лауретту, а в конце вместе с Гулегиной и Дмитрием Поповым — «Застольную» из «Травиаты».

«Мне хочется много!»

— Ваш творческий график усложнился? Или вам приходится себя ограничивать?
— Просто увеличились перелеты. Там, где появляется немного свободного времени, я лечу в Прагу… В этом сложность. А так — мне хочется все, мне хочется много! Все звонят, и бывает очень обидно, когда один проект наслаивается на другой и приходится от чего-то отказываться! У Алима тоже очень много проектов, особенно в Европе. Вчера прилетел сюда на концерт, в Питере у него тоже оркестр…

— Возвращаясь к Адриане: в семье два больших музыканта — у ребенка голос оперный еще не прорезался?
— Да нет: она очень спокойная, улыбчивая. Но когда я ей не колыбельные, а свои арии, например, из «Дон Карлоса» пою, она плачет — пока ей не очень нравится. У нас дома все время звучит музыка, в основном Моцарт — ребенок постоянно в музыке. В Европе, вообще, это норма — с пеленок прививать детям вкус к классике. Кстати, нам очень повезло с соседями, они все знают, что мы музыканты, и относятся к этому благосклонно. Моя ближайшая соседка, оказывается, и вовсе бывшая оперная певица — лирико-колоратурное сопрано: она специально сидит на балконе и слушает мое пение…

— Притом что голос стал еще красивее, вам пришлось применять какие-то восстановительные методики и вообще, они нужны?
— Обязательно! Умные певицы восстанавливаются и выходят на сцену только через шесть месяцев. По крайней мере, так было раньше… А сейчас такое быстрое время, сейчас никто не ждет никого — некогда! — и надо очень быстро двигаться. Много работать над собой. Я записываю все свои спектакли и репетиции, потом привезу их в Прагу, мы будем слушать с педагогом, анализировать, над чем работать больше.

У меня три коуча — в Праге, Амстердаме и Нью-Йорке. Раньше было жалко денег — все это безумно дорого! — но что делать?! С одним я занимаюсь пением на немецком языке, с другим — на итальянском: европейская школа сегодня необходима. Сейчас такие тенденции — другое звукоизвлечение, нежели раньше, поэтому работы очень-очень много.

«Спасибо партнерам и друзьям»

— Планы, связанные с нашим театром?
— На днях отдам директору свое расписание. К сожалению, на «Травиату», на новую постановку я уже не попадаю, потому что у меня в апреле «Князь Игорь» в Гамбурге. Но, надеюсь, поеду со своим театром в мае в Красноярск на гастроли.
— В Гамбурге, в Штаатсопер «Князь Игорь» авангардный, у нас, можно сказать, классический. Как вы между двумя такими разными Ярославнами существуете?

— Достаточно сложно. Путаются партии. Тут другой дуэт — приходится переучивать. Помогают мои новосибирские партнеры и друзья. Я им очень благодарна. Ира Новикова, она пела Ярославну, меня буквально вводила в спектакль. К тому же в русской музыке очень важно слово. В белькантовой — иначе, там ты поешь на гласных, тут с согласными. Да еще зал такой большой. Например, в слове «скоро» надо выпевать тройную «р». Хорошее, как говорят у нас, «кусание» слова очень приятно зрителю. Я сама как зритель, если у певца плохое слово, начинаю раздражаться.
Поэтому очень стараюсь — русская опера не может существовать без внятного слова. Такого, например, как у нашего солиста Юрия Комова. Я с него всегда беру пример и сегодня говорила: «Тебе надо организовывать мастер-классы для нас, вокалистов, тебе есть что рассказать». Он даже говорит на сцене как в микрофон. Юра — феномен. Сколько раз с ним пела, всегда следила, как он это делает… Он очень талантливый. Впрочем, как все наши солисты — у каждого есть что брать, у всех можно чему-то учиться… И все готовы помочь. Может быть, потому что я здесь мало бываю, мне все рады (смеется).

У меня всегда была мечта, чтобы я работала в лучших театрах класса А — в Европе, в России — и чтобы везде была по чуть-чуть. То есть сидеть постоянно на одном месте я бы, наверное, не смогла. Мне надо петь постановки и знать, что в разных театрах происходит.

Ностальгия по совершенству

— На радость новосибирцам вы пели у нас и «Травиату»…
— Это родной для меня спектакль — классический, красивый. Мне кажется, все певцы опять начинают по-особому любить классику. И, думаю, мир вернется к тому, что не будут театры приглашать режиссеров, не разбирающихся в голосах, озадаченных только своей интерпретацией оперы. Я думаю, во времена Бастианини и Тибальди режиссеры так не доминировали. Теперь на афише первым делом — дирижер и режиссер. Это неправильно, потому что все держится на певцах. И то, что случается, когда в афише не указывают имена исполнителей даже главных партий, — нонсенс.

Да, раньше были статичные постановки, и певцы так не двигались на сцене, как сегодня, но слушаешь записи и понимаешь — это другая планета! Какие голоса! Почему же сейчас такого качества вокала нет?! Если все идет, как хочется режиссеру… То, что порой мы видим, к примеру, в Мюнхенском театре, когда какие-то голые старики выходили на сцену, что, зачем?! Чтобы только отличиться? Певцы не выдерживают, срываются…
Я в последнее время вся в ностальгии по прежним голосам, слушаю записи, восторгаюсь. Практически современных певцов и не слушаю. Поняла для себя одно: петь в «Метрополитен-опера», в «Ла Скала» — прекрасно и престижно для певца. Но не столь важно, где ты поешь, важно, как ты поешь. Когда нас не будет, тогда по записям будут судить, кто как пел. Да, да (смеется), уже и о таких вещах думаешь…

— Творческие планы до какой даты расписаны?
— До 2017 года.

— И что это?
— Вена… У вокалистов короткий век, мы торопимся петь. И еще: если тебя признали там, признают и здесь.

Вам было интересно?
Подпишитесь на наш канал в Яндекс. Дзен. Все самые интересные новости отобраны там.
Подписаться на Яндекс.Дзен
Резонанс

Новости
Профессор МГАХИ и кандидат искусствоведения  Николай Васильев провел авторскую экскурсию по главным архитектурным памятникам и нетуристическим объектам Новосибирска.
Сталь, железобетон и причудливые формы. Здания советского модернизма можно встретить на всем пространстве бывшего СССР. VN.ru спросил архитекторов города – какими зданиями, построенными в конце прошлого века, можно гордиться.

Звезда российского рэпа рассказал Юрию Дудю о жизни в родном городе.