Белое пятно отношений

–Ты почистила мой костюм? — интересуется муж у жены.
— Конечно. И пиджак, и брюки.
— А ботинки?
— Вот уж не знала, что у тебя и там карманы есть!
Курьезный поворот разговора, не правда ли? Тема «Двое» будет в сегодняшнем выпуске «Непробиваемой бреши» главенствующей.

Чествование с сюрпризом
Виктор Пантелеймонович Боковиков с женой и уже довольно большими детьми отдыхали у Обского моря. Семья проводила отпуск в доме отдыха. Рядом проживали две старушки, весьма разговорчивые и крайне любопытные.

Лариса Ивановна, жена Боковикова, выглядела совсем молодой женщиной, и старушки посчитали ее дочерью Виктора Пантелеймоновича, а детей — его внуками. Ну а что представлял собой глава семейства? Как принято в таких случаях говорить, жизнь его била ключом, да все по голове, причем по одному и тому же месту… При своих относительно небольших годах выглядел он человеком довольно преклонных лет.

Однажды в разговоре с Ларисой Ивановной досужие бабушки поинтересовались:
— А ваш отец воевал на фронте?

Та оживилась и охотно рассказала многое про своего отца: как он воевал, как получил ранение в Сталинграде, как был эвакуирован в тыловой госпиталь, как позже опять сражался — до самой Победы, как пришел домой, увешанный боевыми наградами. И как не дождалась его жена, не верившая, что тот вернется из пекла сражений живым и невредимым. Пришлось Ларисиному отцу снова жениться. Дескать, от второй жены и пошли дети…

Старушки-соседки не утерпели и поделились выведанной у Ларисы информацией с соседом по столику в столовой — журналистом. А тот пообщался с директором дома отдыха и уговорил его устроить чествование фронтовика, то есть, как получалось, Виктора Пантелеймоновича… Условились: пусть, мол, это будет сюрпризом для ветерана и его семьи.

И вот в выходной день в клубе собралось немало народа. Директор дома культуры выступил с пламенной речью. Виктор Пантелеймонович постеснялся перебивать его, а потом встал и заявил:
— Товарищи, да я родился после войны и на фронте быть никак не мог! А вот тесть мой, отец Ларисы Ивановны, — фронтовик, даже в Сталинграде воевал.

Услышав такое, директор дома отдыха от неожиданности потерял дар речи и словно окаменел. На сцену влетела одна из организаторш мероприятия и взволнованно затараторила:
— Товарищи, кина не будет… Ой, что ж это я говорю?! Извините, произошла ошибка, чествования не будет.

Все невольно покосились на изысканно накрытые неподалеку праздничные столы. Некоторые из присутствующих даже облизнулись.

Приглашенные начали потихоньку расходиться. К Виктору Пантелеймоновичу подошел какой-то потертого вида мужичок — один из отдыхающих и укоризненно молвил:
— Э-э-э-х! Ну кто бы знал, что ты не тот, за кого тебя представили? Промолчал бы. Посидели б, хорошенько выпили. Потом, глядишь, мог бы и сказать все, что о себе думаешь. А ты смалодушничал, сорвал мужикам праздник!

Услышав эти слова, Боковиков так глянул на подошедшего, что тот трусцой поспешил удалиться — куда-то в сторону моря…

Валерий КОЛЕНЧЕНКО, Ленинский район

Передышка
Я и ты. Посредине теща.
Мизансцена семейных скандалов.
Как бы это сказать попроще?
Твоя мама меня достала!
Идеальных людей на свете
Я не знаю! Ну пара сотен!
Тесть вздохнет: «Разберутся дети,
Начинается фильм «Красотка»…»
Ты прошепчешь мне тихо-тихо:
«Хватит дуться, садись обедать».
Ссора — это «косяк» двоих. И,
Я бы даже сказал, обеих.

Юрий ТАТАРЕНКО,Советский район

Дамы должны согласиться
Никак не могу привыкнуть к обращению «Дамы и господа!». Величать наших милых женщин дамами я не против. Они этого достойны. Господа же собственную репутацию сильно подмочили, а джентльмены, по-моему, не потеряли своего достоинства. Поэтому я выбираю безукоризненное обращение «Дамы и джентльмены!». Думаю, дамы со мной согласятся.

Борис БУРКОВ,Центральный район