Абсурд, без которого не жить

Премьерный спектакль на грустную тему очень смешон и заставляет задуматься

Первую премьеру сезона в драматических театрах Новосибирска — краснофакельский спектакль «Довлатов. Анекдоты» — зрители приняли очень тепло. Целый месяц на его представлении аншлаги. И пока критики рассуждают, Довлатов это или не Довлатов, отвечает ли постановка «духу и букве» довлатовской прозы, публика голосует ногами… в направлении театра — достать лишний билетик «на Довлатова» практически невозможно.

Причем тут анекдоты?
История, рассказанная в спектакле, как и биография не напечатавшего официально ни одной книги, травимого, гонимого и вынужденного эмигрировать в конце 70-х из страны писателя Сергея Довлатова, по сути очень жесткая и жестокая. И это с потрясающим накалом отражает кульминация второго акта спектакля — выразительная пластическая сцена, некий макабрический танец отчаяния героя перед трапом самолета. Но на протяжении остального времени перед нами вовсе не горькая хроника злоключений диссидента, а, как ни странно, бережно стачанная из довлатовской прозы история любви к родине.

— И как важно ее любить, даже когда не сложилось… Когда уже не за что ее любить, — уточнял накануне премьеры режиссер Дмитрий Егоров.

Но причем тут анекдоты? Притом что питал творчество Довлатова тот самый абсурд советской действительности, вытолкавший его впоследствии взашей за рубеж, к которому он как художник до поры относился даже с некоторым любованием.

Поэтому в зале все время звучит смех, и центральный сквозной персонаж спектакля Долматов, человек с судьбой, похожей на довлатовскую (тоже писатель, журналист), но не Довлатов, мягок, интеллигентен и отстранен. Его можно назвать реминисценцией образа писателя, воспоминанием о нем, может быть, даже современным его коллегой, перечитывающим довлатовскую прозу-судьбу.

Таким, по крайней мере, его играет Павел Поляков. Порой артист пересекает демаркационную линию Долматов — Довлатов и объединяющая их боль за попранное человеческое достоинство прорывается наружу, например там, где герой говорит, а точнее, кричит, что не хочет и не сможет жить на чужбине — без русского языка, без русской литературы, он — русский писатель!

Цепочка анекдотов, из которых сложен спектакль, обжита его авторами ярко, с вдохновением. Во многом так произошло потому, что текста инсценировки как такового не было и сочинялось все на мощной волне любви к Довлатову сообща.

— Вещи, в которых мы были уверены, начали репетировать сразу, одновременно искали музыку, параллельно собирая композицию в целом, — говорит постановщик. — Поскольку хороших артистов в «Красном факеле» много, хотелось добавлять эпизоды еще и еще…

Когда виноват не Пушкин
В результате в спектакле занято два десятка артистов, и играет каждый из них, кроме Павла Полякова, до четырех ролей. К примеру, заслуженный артист РФ Андрей Черных — и ленинградский милиционер, и великий русский поэт Пушкин, с которым главный герой нередко распивает портвейн, и эмигрант Головкер. Другой заслуженный артист РФ Владимир Лемешонок — художник-заключенный, за неимением подходящего тона нарисовавший портрет Ленина ядовито-салатной краской, он же отец похищенной невесты Беглар Тематеузов, он же главный редактор газеты «Советская Эстония» Генрих Францевич Туронок.

Не стану перечислять всех, да это и невозможно, но «Довлатов. Анекдоты» — это каскад запоминающихся образов, актерских находок, остроумных постановочных решений и деталей. Причем, кроме общего знаменателя — смешного и достигающего угрожающей критической массы абсурда, как в советской, так и в американской части биографии героя (чего стоит изображение Микки-Мауса на обратной стороне ленинского портрета), внимательный зритель постоянно отыскивает по ходу спектакля, что называется, ненавязчивые и очень смешные приметы нашего недавнего советского бытования.

Меня, например, просто распирало насмешливое умиление от вокально-инструментального ансамбля, игравшего на заднем плане ресторанных сцен: эта псевдолирическая, на самом деле полублатная, манера бормотания бессмысленного текста под невыразительную «культурную» музыку Певцом-лабухом (Константин Телегин), на мой взгляд, блистательный ироничный завиток на памятнике ушедшей эпохи.

Свою дилогию российского абсурда, которую открывала «История города Глупова» по Салтыкову-Щедрину, поставленная Дмитрием Егоровым в «Красном факеле» три года назад, молодой режиссер пишет талантливо и азартно. Благо, а вернее, к сожалению, как и Довлатов, вдохновение он может каждодневно черпать пригоршнями.

— Дмитрий, вам жалко ту страну, которую описывал Довлатов? — спросили его накануне премьеры.

— Как пору своего детства начала 80-х с газировкой за копейку, конечно, вспоминаешь с грустью. Но, по-моему, страна-то особенно не изменилась. Спектакль во многом и об этом.

P. S. Наверное, закономерно, что от удачной театральной работы ждешь еще большего. Тот же Микки-Маус пока работает в спектакле в большей мере как знак. Ведь сегодня уже всем понятно, а Довлатову это было ясно прежде нас, что не бывает земли обетованной…

СПРАВКА
Над спектаклем работали: режиссер Дмитрий Егоров, художник Евгений Лемешонок, режиссер по пластике Олег Жуковский, художник по свету Денис Солнцев. Музыкальное оформление: Дмитрий Егоров, Денис Франк. Актеры: Павел Поляков, Андрей Черных, Владимир Лемешонок, Георгий Болонев, Игорь Белозеров, Елена Жданова, Михаил Селезнев, Даниил Ляпустин, Дарья Емельянова, Клавдия Качусова и другие.