А «няньки» кто?

На телеэкране — распростертые на земле молодые люди с безумными глазами, бьющиеся в предсмертных конвульсиях…

Дата: июнь 2014 года, адреса: Сургут, Киров, Чувашия… Эти жуткие кадры жертв наркотических кури- тельных смесей потрясли
и запали в память каждого, кто их видел.

Всплыли они и у меня, когда на торце девятиэтажки нашего тихого поселка Краснообск я увидел черную паутину рекламы смертельной дури. Место выбрано людное — рядом базарчик, и каждую минуту эта паутина с телефоном может поймать жертву. Я уже сталкивался с подобной ловушкой — на пригородной автобусной остановке «Элитное». Тогда мне легко удалось соскрести с железной стенки пару цифр сотового номера и тем самым вывести из строя западню. А вот подобная манипуляция на остановке «Улица Петухова» не удалась: здесь грунтовка под номером телефона была иная — скользкая…

Стал прикидывать, кто у нас в «няньках» молодого поколения? Милиция-полиция? Да. Ведь она борется с преступностью, а реклама смесей — преступление. Звоню дежурному стражей порядка. В ответ: «Это не наше дело. Есть служба контроля над оборотом наркотиков». Звонок в федеральную службу наркоконтроля тоже ничего не дал. У этой организации нет возможностей уничтожать рекламу. А выявлять рекламодателей чрезвычайно сложно. «Обращайтесь к коммунальщикам — это их обязанность…»

Захожу к очередной «няньке» — начальнику Краснообского ЖЭУ Татьяне Владимировне Васильевой. И опять не по адресу: «В нашем договоре этой обязанности нет». «Я могу написать в газете, — говорю я, — что борьба с рекламой наркотиков — не ваше дело?» Некое раздумье. «Хорошо, повторите, где эти номера». Я назвал два адреса.

Оказывается, борьба с подобной рекламой пущена на самотек. А что же с номерами, которые я намеревался ликвидировать официально, административным путем? Увы, с начала этой затеи прошло около трех недель, а воз, то есть черный номер телефона, и ныне там, целехонек…