 |
В понедельник, 17 февраля, в Большом зале филармонии был настоящий аншлаг - выступал всеми любимый и невероятно популярный в 70-х годах ВИА «Синяя птица».
Присутствовавшая публика, чья юность проходила под песни «Клен», «Ты мне не снишься» и «Белый теплоход», ликовала и... плакала.
«Синяя птица» оказалась живой и настоящей. Атмосфера в зале напоминала танцплощадку 70-х годов. На глазах молодели лица солидных мужчин и зрелых дам. Зрители пели, танцевали, некоторые даже плакали (под «Клен», конечно). Музыканты работали безупречно профессионально, конечно, «вживую». Но главное - им удалось сохранить искренность, свежесть и теплоту, за которую все так любили «Синюю птицу». А это дорогого стоит.
В финале концерта растроганные приемом музыканты произнесли: «Спасибо вам за любовь, за то, что вы нас помните...»
История «Синей птицы» началась в 75-м. Тогда вышла пластинка ВИА с «Кленом», принесшая музыкантам известность. В этом же году в Тольятти состоялся первый концерт коллектива.
Для «Синей птицы» писали В. Добрынин, Ю. Антонов, С. Дьячков... Каждая песня ансамбля мгновенно становилась хитом. Музыканты выпустили десять дисков-гигантов и бессчетное количество миньонов - все они расходились миллионными тиражами. ВИА постоянно гастролировал по СССР, собирая многотысячные стадионы. В 80-х годах «Синяя птица» впервые выезжает за рубеж - Чехия, Болгария, Германия, Афганистан, Кения, Сейшельские острова, Куба, Вьетнам, Лаос, Кампучия... США. В то время не многие ансамбли могли похвастаться такими богатыми зарубежными поездками. Однако после Америки в творчестве ВИА наступает продолжительный перерыв - большинство участников занимаются личными проектами.
Из прежнего состава в ансамбле остался только Владимир Преображенский, солист «Синей птицы». Но голос его оказался настолько узнаваем, что первая же песня «Я иду тебе навстречу» вызвала у зрителей бурю оваций.
С ним мы и беседуем.
 |
- Публика просто перестала ходить на наши концерты. Начался накат рока, и музыка, которую мы исполняли, отошла. Музыканты были из разных городов Союза, а сам ВИА тогда числился за Куйбышевской филармонией. У нас не было московской прописки, и устроиться в «Москонцерт» оказалось невозможно. Хотя в те годы мы были одной из самых популярных групп, записывали море дисков-гигантов и миньонов. Коллеги разбрелись кто куда. Игорь Доценко работает в «ДДТ», Дима Галецкий - у Малежика. Я уехал в Вологду, на родину. Работал все эти годы в местной филармонии.
- Почему же возникло решение вернуться на большую сцену?
- Это случилось скорее по «просьбе» продюсеров, ведь на ностальгии можно делать неплохие деньги. Почти все ВИА реанимированы по этой причине. Вообще, я долго искал музыкантов, подбирал их по голосам, чтобы не очень отличались от первоначального состава, потом репетировали по двенадцать часов в день, писали аранжировки. Есть и еще одна немаловажная деталь. С, так сказать, настоящей «Синей птицей» Сергей Дроздов выступает очень редко, если только его «попросят». У Дроздова сейчас сольная карьера.
- Вы не настоящая?
- По сути, мы не называемся «Синяя птица» и на афишах просим писать - из песенной коллекции ансамбля. Однако я имею непосредственное отношение к ансамблю, ведь на протяжении многих лет я был солистом.
- В вашем репертуаре песни Антонова...
- Действительно, много шлягеров нам подарил Антонов. Пластинка «Концерт в Лужниках» и вовсе записывалась у него в подвале. Только вот непонятно, зачем он потом включил «подарки» в свой репертуар. Понятно, конечно, что он - автор музыки, ему можно, но чего он этим добился? Популярности это ни ему, ни песням не прибавило. Ну, спел и спел, пусть поёт.
- Где сегодня вы базируетесь?
- В Самаре, но все-таки нас нельзя назвать полностью самарской группой - в составе музыканты из разных городов.
- Где сейчас находятся одни из основателей «Синей птицы» братья Болотные?
- Они теперь живут в США, занимаются бизнесом, и у них там своя «птица». В смысле у них там свой ансамбль, в название которого тоже входит слово «птица». Как точно называется, я не знаю.
- Вас всегда так потрясающе принимают, как в Новосибирске?
- В основном, да. У людей ностальгия по прежней жизни, молодости. А это - сильное чувство. Надоели людям фонограммы. Поразила публика в Кандалакше. На весь зал не больше тридцати мужчин, остальные - женщины, которые весь концерт проплакали. Приходят и люди в дорогих костюмах, видно, что руководители. Они давно забыли, что такое веселиться и отдыхать. К концу нашего выступления в зале все равны - и по возрасту, и по положению. Это понятно - люди слышат песни, под которые переживали первое свидание, первый поцелуй, первую любовь... Приводят на концерт и своих детей, чтобы они тоже послушали песни их юности.
- Дело, наверное, не только в этом. Вы работаете здорово и музыку играете качественную...
- У нас все устроено правильно, а когда все усилия складываются, всегда получается хороший результат. Правда, сейчас все кардинально изменилось. Эстрады нет - есть шоу-бизнес. Причем бизнес - на первом месте. Эстрада - часть культуры, а шоу-бизнес ее поедает. Нельзя культуру отдавать на откуп людям, для которых самое важное - деньги, а все, что за этим, неважно.
- В вашей группе занят двадцатитрехлетний юноша, для него эта музыка не «старая»?
- Он вырос на этих песнях, и ему они нравятся. Как говорит он сам, «казалось бы, та же попса, любовь и все такое, просто и незамысловато. Но в этих песнях такие мелодии и столько души в словах. Я их пою с большим удовольствием».
