Получение биоинертного сверхпрочного материала со сквозной пористостью – краеугольный камень в поисках идеального решения для протезирования костей: чтобы организм не воспринял чужеродное тело импланта «в штыки» и не начал его со временем «выталкивать», костная ткань должна иметь возможность прорасти его насквозь, интегрироваться в его структуру. Если достичь этого эффекта не удается, в месте контакта с имплантом кость уплотняется, испытывает давление и со временем разрушается, из-за чего в случае тазобедренного сустава, например, врачам приходится уже через 5 лет проводить замену протеза.
История попыток решить эту проблему насчитывает не одно десятилетие: в мире велись разработки пористых сверхпрочных материалов на основе титана, диоксида циркония, оксида алюминия, тантала, нитинола и кобальтхрома. Тантал не получил массового распространения из-за высокой цены, а 3D-печать из титана позволила достичь отличного результата и повсеместно внедрена в протезирование, но дает ограничения на проведение МРТ-диагностики у пациента в дальнейшем.
Как рассказал автор изобретения, заведующий лабораторией биопротезирования Центра Мешалкина, кандидат технических наук Владимир Владимирович Хахалкин, в составе нового сверхлегкого композита – чистый карбид бора, одно из самых химически инертных, химически стойких и прочных соединений: не растворяется кислотами, не коррозируется, в целом «равнодушен» к биологическому и механическому воздействию, а значит, безопасен.
Кроме того, он не дает никаких помех на МРТ.
Изобретенная российскими учеными технология позволяет изготавливать изделие нужной формы и структуры с усадкой не более 2% (тогда, как все ранее появлявшиеся в мире пористые керамики имеют усадку от 20 до 40%, что препятствовало их медицинскому применению - либо это была керамика без сквозной пористости).
«Факт – мы комплексно решили все эти задачи впервые в мире, – говорит Владимир Хахалкин. – Есть только 6-7 научных статей в мировой периодике, где вскользь упоминается, что карбид бора можно было бы использовать в качестве основы для импланта, но ни одного реального эксперимента не состоялось, потому что это один из самых твердых керамических материалов – его называют «черный алмаз». Сделать из него стандартными методами какую-то сложную форму путем механической обработки или методами горячего прессования, да еще и с пористой структурой – невозможно.
Мы добились сквозной пористости не за счет порообразующих добавок, а естественным путем: на одной из стадий изготовления происходит очень медленное удаление связующего органического вещества, которое предварительно вводится в качестве клея для придания целевой формы импланту. Остаются сквозные «маршруты выхода», которыми после имплантации смогут воспользоваться и клетки организма для миграции внутрь изделия. Кроме того, наш материал, как губка, впитывает различные виды жидкости, что открывает возможности в будущем пропитывать пористый имплант не только питательной средой для активного роста клеток, но и лекарственными растворами, что может быть крайне важно в онкологической практике».
Методика изготовления оптимизирована, ориентирована на 100% отечественное сырье и стандартное оборудование, производимое в том числе и в России. Сам цикл производства по себестоимости сопоставим и даже несколько дешевле, чем 3D-печать из титана.
По словам специалиста отдела общественных и внешних связей НМИЦ имени Мешалкина Ксении Гусевой, уже проведены первые эксперименты по имплантации образцов нового материала в разные типы костных структур лабораторных животных.
Как рассказал ведущий научный сотрудник Института онкологии и нейрохирургии НМИЦ имени Мешалкина, врач-онколог Александр Жеравин, результат впечатляет: «Никаких негативных реакций в месте имплантации нет, а на КТ и МРТ-снимках видны выраженная интеграция композита в кость, регенерация костной ткани в месте повреждения, а также более плотная фиксация импланта, чем в случае с гладкой поверхностью изделия из титана».
«Мы первопроходцы, – констатирует Владимир Хахалкин, – и, в отличие от титана, который исследован в мире «вдоль и поперек», наш материал неизвестен клинической медицине. Поэтому впереди большой сбор данных, подтверждающих его безопасность для человека, несмотря на то, что своими глазами мы видим очень убедительные результаты.
Отдаленная цель – внедрение материала в работу хирургов-ортопедов и онкологов, занимающихся протезированием при онкозаболеваниях костного аппарата.
