Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Не складна письмом, складна вымыслом

07.06.2001
Похоже, что эта народная поговорка - о новой книге новосибирского профессора, доктора философии Л. Г. Олеха. Книга издана одновременно в Москве и Новосибирске, она называется «История Сибири», имеет подзаголовок «Учебное пособие» и предназначается для студентов «неисторических специальностей», то есть будущим экономистам, социологам, правоведам... Однако мы, будучи профессиональными историками, тоже с интересом прочли этот труд и с удивлением обнаружили в нем немало прямого вымысла.

 Похоже, что эта народная поговорка - о новой книге новосибирского профессора, доктора философии Л. Г. Олеха. Книга издана одновременно в Москве и Новосибирске, она называется «История Сибири», имеет подзаголовок «Учебное пособие» и предназначается для студентов «неисторических специальностей», то есть будущим экономистам, социологам, правоведам... Однако мы, будучи профессиональными историками, тоже с интересом прочли этот труд и с удивлением обнаружили в нем немало прямого вымысла - неправильных датировок, искаженных фактов, абсурдных определений.

Вот только некоторые из профессорских выдумок. Сибирское ханство, занимавшее, как известно, только часть нынешней Западной Сибири, было якобы завоевано русскими «в XVI и следующем веках» (стр. 5). Вся же Сибирь была «окончательно присоединена» к России в 1598 году, то есть в конце XVI в. (с. 51). Две процитированные фразы одновременно противоречат и друг другу, и фактам истории. Пойдем дальше. В 1660-х годах «завершилось присоединение к России» Приамурья (с. 62). Кто-то может спросить, зачем тогда нужно было через двести лет, в 1860 году, заключать Пекинский договор с Китаем. А оказывается, в соответствии с этим договором в состав Российской империи вошло Нижнее Приангарье (с. 124). Московско-Сибирский тракт у Олеха прокладывается не в XVIII столетии, а на целый век позже (с. 125). Все считали, что либерально-демократические газеты «Сибирь», «Сибирская газета», «Восточное обозрение» по разным причинам закрылись задолго до советской власти. Ан нет, они «существовали до 1917 года» (с. 195). Автору учебного пособия кажется, что в 1917 - 1922 гг. Сибирь развивалась в составе Советской России (с. 205). Как это согласуется с тем, что в период с 1918 по 1920 год советской власти в нашем крае не было, профессор придумает позже.

А вот это нафантазировано уже сейчас. Оказывается, Сибирь отличает от Европейской России, в частности, полиэтнический и поликонфессиональный состав населения (с. 163). Да что там Сибирь! Автор стремится мыслить масштабно, называет себя «историком-землянином». И вот что получилось: по марксистской концепции, социалистическая революция «призвана разрешить противоречия между феодальным укладом хозяйства и формирующимся капитализмом, который скован в своем развитии путами феодализма» (с. 202). Все раньше думали, что такую задачу, по Марксу, призвана решать буржуазная революция! А знаете, что теперь надо называть социализмом, и именно социализмом, не чем-нибудь еще? Цитируем: «Социализм - это приоритет духовного начала (культуры) над техническим и технологическим (цивилизацией) и узко понимаемым экономическим. Социализм - это господство человека над самим собой, а не над внешней природой, возвышение подлинно человеческого, гуманного в человеке» (с. 213). Нет, все же определение про советскую власть плюс электрификацию выглядело более складно, ближе к историческим реалиям!

О «складности» письма нужно поговорить подробнее. О логичности изложения, последовательности и внутренней непротиворечивости, которые необходимы тексту учебного пособия. С этим в книге Л. Г. Олеха гораздо хуже, чем с фактическими и теоретическими выдумками. Читатель вправе ожидать от автора хотя бы четкого выделения хронологических этапов региональной истории, но не тут-то было. Первый период истории Сибири - конец XVI века, «второй и третий - это начало и первая четверть XVII столетия, время становления и развития феодализма. Затем следуют период проникновения капитализма, периоды модернизации в XX в. и постмодернизации в конце II тысячелетия». Это первый абзац предисловия, и уже здесь студенту придется изрядно поломать голову. Время становления и развития феодализма - это начало и первая четверть XVII столетия, или это потом? Чем начало столетия отличается от его первой четверти? Период проникновения капитализма - это когда, с какого года или века по какой? Конец тысячелетия разве наступил не в ХХ веке? А если в ХХ, то как хронологически разграничиваются два последних периода? Впрочем, студент посмотрит оглавление и успокоится: профессор и сам не смог разгадать свои головоломки, при выделении глав решил разбить досоветскую историю просто по столетиям, а советскую и далее - как Бог на душу положит. В книге огромное количество неоправданных хронологических и тематических перебивок, возвращений к пройденному. Некоторые катаклизмы мысли потрясают: дошли уже до пресловутого «культа личности Сталина», и - опять про Разбойный приказ в XVI веке, про Меншикова да Радищева. Возникновение города Новониколаевска в 1890-х годах представлено на стр. 132 как одна из причин создания Томского университета, открытого еще в предшествующем десятилетии!

Приведем некоторые примеры вопиющих противоречий в тексте. Вот два соседних, но взаимоисключающих предложения на стр. 78: «Огромные территории не были вовлечены в хозяйственный оборот, не имели конкретных хозяев, ждали людей, которые бы могли и хотели их освоить. Земля - мать всякого богатства и труд - его отец достаточно гармонично сочетались в Сибири». Написано: «До начала XVIII в. в Сибири не было школ, детей, и юношество учили частные учителя» (с. 103). А через две страницы - о том, что цифирная школа в Тобольске открылась в первой четверти XVII века. На стр. 108 сообщается, что Ф. И. Соймонов занимал пост сибирского губернатора в 1757-1762 гг. И тут же - что императрица Елизавета Петровна не допускала его к государственной службе (напомним, что двадцатилетнее правление Елизаветы закончилось в 1761 году). Л. Г. Олех категорически не согласен с измышлениями о неполноценности коренных народов Сибири, их фатальной неисторичности. И как, вы думаете, он опровергает такие бредни? Цитируем: «На самом же деле народы Севера и Востока и в середине XIX в. еще не продвинулись далее патриархально-родовых отношений, не преодолели полудикости, а временами и настоящей дикости» (с. 117). Ничего себе опровержение!

Высказывания Л. Г. Олеха бывают настолько оригинальными по конструкции и смыслу, что заслуживают специальных призов. Вот только с нескольких соседних страниц: «Гром огнестрельного оружия, разящая на большом расстоянии сила пуль и снарядов показывали преимущество российской военной культуры над сибирской» (с. 48). «Она (Россия) являла собой смесь восточных нравов, принесенных славянами в Европу и подновленных долговременной связью с монголами, - византийских, заимствованных россиянами вместе с христианской верой, и германских, идущих от варягов» (с. 56). «По мере развития в Сибири пространства для осужденных, в семьи все больше вовлекаются ссыльнопоселенцы» (с. 58). Стремление автора сказать «понаучнее» проявилось в тексте множеством неуклюжих словосочетаний: «продуктивность самодержавного начала», «формирование в сельском хозяйстве крепких тружеников земли», «культура в смыслах, сопряженных с историческим исследованием», «формы расширения государственной сибирской территории» и т.п.

Все указанные пороки текста видны, что называется, невооруженным глазом, лежат на поверхности и настолько портят впечатление от книги, что отбивают охоту углубляться в ее анализ. И все же попытаемся вникнуть в методологический и научно-теоретический замысел автора, оценить педагогико-методическое оснащение учебного пособия.

Несколько разделов введения, вся глава 5 посвящены путаному и явно избыточному изложению методологических проблем изучения истории вообще, истории России и Сибири в частности. Но автор так и не разъяснил особенности той своей собственной (или, что вполне допустимо в таких случаях, у кого-то позаимствованной) теоретической позиции, с которой он в данном пособии описывает и объясняет региональную историю. Приходится только догадываться, что здесь своеобразным образом совмещаются формационный и цивилизационный подходы. Своеобразность этого «совмещения» состоит в том, что оба подхода на самом деле не состыкованы, не синтезированы, не переосмыслены в контексте совместного использования. Дан образец теоретической эклектики. По страницам книги гуляют, с одной стороны, «первобытнообщинные отношения» и «феодальный уклад хозяйства», «капитализм», «государственный социализм», а с другой стороны - никак с ними понятийно не согласованные «традиционная цивилизация», «модернизационные процессы», «постиндустриальное пространство» и «информационная цивилизация». Там, где эти две волны сталкиваются или расходятся, образуются зоны понятийных катастроф. Например, в книге невозможно найти внятной характеристики места коренных народов Сибири, их культуры в истории. Плохо, что они постоянно «отставали в своем историческом развитии», или молодцы, что стремились сохранить свою самобытную древнюю цивилизацию? Сначала говорится о том, что при советской власти вопреки тем, кто злонамеренно пытался сохранить в неприкосновенности патриархальный уклад жизни, новое (подразумевается - хорошее) «входило во все сферы общественного и личного бытия представителей малочисленных народов» (с. 245). А потом, бац! - оказывается, утрачивая древнюю культуру, «люди перестают быть носителями черт своего этноса, порывают связи с родом и племенем» (с. 291).

Конечно, стремление если не отказаться от марксистско-ленинской формационной «пятичленки», то хоть чем-нибудь подправить ее, в данном случае свидетельствует о стремлении автора написать пособие на современном уровне. Не получилось. Не получилось еще и потому, что Л. Г. Олех пренебрег результатами многих новейших научных разработок по различным периодам и проблемам истории Сибири. Это нетрудно увидеть, просмотрев помещенный в конце книги «Список литературы». В нем нет трудов тех ученых, которые определили и продолжают определять современный уровень исторического сибиреведения. В археологии это, в частности, А. П. Окладников, А. П. Деревянко, В. И. Молодин, в этнографии - И. Н. Гемуев, В. А. Липинская, Н. А. Миненко. В истории досоветского периода - Л. М. Горюшкин (одна его работа упомянута, но описана неправильно), Н. Н. Покровский, В. П. Зиновьев, Д. Я. Резун. В новейшей истории - Н. Я. Гущин, В. Л. Соскин, В. И. Шишкин, С. А. Красильников и др. Попавшие в список труды В. А. Александрова, З. Я. Бояршиновой, М. М. Громыко, М. В. Шиловского - вовсе не главные у этих авторов, не выявляют их вклад в науку. В список рекомендованной для студентов литературы и в примечания попали случайные имена и названия, искажены библиографические описания ряда книг и прочие их характеристики. Оцените шедевр: подробнее о быте и культуре сибиряков XVII (семнадцатого) века Л. Г. Олех предлагает студентам узнать из монографии О. Н. Шелегиной (напечатано - Шемгина). Но если бы сам уважаемый профессор заглянул в этот труд, то увидел бы, что он посвящен XVIII - первой половине XIX столетия.

Пренебрежение автора к новым квалифицированным разработкам, его некритическое отношение к источникам привели к появлению на страницах книги множества устаревших теоретических положений, несостоятельных фактических выкладок. Вот только несколько примеров. Первые люди появились в Сибири не 200 тысяч лет назад, как утверждается в рецензируемом пособии (с. 23), а гораздо раньше, не менее чем 300 тыс. лет назад. Не повелевал Иван Грозный именовать Ермака князем Сибирским, не звонили в России колокола в честь присоединения зауральских земель (с. 48-50) - это легендарные сведения. Не было в XIX веке сибирское население более грамотным, чем население Европейской России (с. 133), как раз наоборот. Не продолжался в Сибири в годы Первой мировой войны демографический бум (с. 201), произошел спад брачности и рождаемости населения. В пособии Л. Г. Олеха на стр. 124 есть потрясающее место: он всерьез воспринимает бородатые басни о том, что Аляска не была продана и срок ее аренды завершился полвека назад!

Любое пособие по истории Сибири не может состояться, если автор не решил вопрос о том, как материал по региональной истории, с одной стороны, вписывается в контекст национальной (общероссийской) и глобальной истории, а с другой стороны, дополняется материалами истории локальной - местной и этнической: тюменской, красноярской, бурятской и т.д. И здесь рецензируемый труд тоже не выдерживает критики. В предисловии говорится о том, что изучение курса истории Сибири должно предваряться курсом «История России в контексте мировой цивилизации». Если так, то зачем Л.Г. Олеху нужно было включать в свое пособие разделы «Объект и предмет исторического исследования и изучения истории», «Методология истории», «Русская идея» (целых два параграфа!), «Евразийская цивилизация и евразийская культура», «Евразийство о государстве», ведь вся эта «общая теория» должна быть «пройдена» в предшествующем курсе. В конкретно-исторических главах тоже обнаруживается немало страниц, посвященных описанию общероссийских процессов, в слабой увязке с сибирской проблематикой. Это относится, например, к заключению.

Трудно уловить какую-то систему в отборе сюжетов, «стыкующих» национальную и сибирскую историю. Еще сложнее понять, как автор отбирал материалы местной истории, без которой нет истории общесибирской. Он рассказывает, например, об основании Бердского острога в начале XVIII века, но не упоминает о возникновении в это же время Омской крепости, Абаканского и Саянского острогов. Отдельный раздел посвящен образованию Новониколаевской губернии в 1921 году, но нет сведений, например, о создании Омской губернии в 1919-м. Или о выделении Новосибирской области в 1937-м.

Еще хотелось бы сказать о тех вопросах и заданиях, которыми сопровождается каждая глава учебного пособия. Они предназначены для самостоятельной работы студентов по закреплению полученных знаний, по формированию собственных представлений об истории родного края. В этой части имеются недостатки нескольких типов. Во-первых, многие вопросы не имеют отношения собственно к истории Сибири. Например, по Великой Отечественной войне: «Каковы причины неудач Советской Армии в начале войны?» или «Почему стал возможен антифашистский блок государств с разным общественным строем?» Во-вторых, некоторые вопросы неудачно сформулированы, и поэтому на них невозможно ответить. «Какую роль сыграли этносы Сибири в выборе пути предстоящего развития?» (с. 248). Сыграли когда? В выборе кем? В-третьих, нигде в пособии нет рекомендаций относительно того, как и на каком материале можно вести историко-краеведческую работу. А соответствующие задания даются: «Расскажите о развитии водного транспорта в Сибири и его влиянии на жизнь в вашем регионе», «Расскажите об участии рабочего класса и молодежи вашего региона в социальных выступлениях на рубеже XIX и XX вв.» и др. Помещая в пособии тексты источников и исследований для анализа, необходимо было сопроводить их данными о месте и времени публикации.

С методической точки зрения, важна преемственность процесса обучения. Поскольку во всех школах Новосибирской области, во многих образовательных учреждениях других областей и краев ученики изучают историю Сибири по комплекту учебников, написанных Ф. С. Кузнецовой, В. А. Зверевым, А. С. Зуевым, И. С. Кузнецовым и В. А. Исуповым, напрашивается содержательная и методическая увязка создаваемого вузовского курса с уже имеющимся школьным. Однако Л. Г. Олех такого согласования не делает.

Подводя итог нашей рецензии, с большим сожалением скажем, что учебное пособие Л. Г. Олеха не сможет удовлетворить растущую потребность вузов Сибирского региона в доброкачественном учебнике по истории Сибири. Рецензируемая книга имеет несомненные внешние достоинства: твердая красивая обложка, прекрасное полиграфическое исполнение. Однако ввиду своей методологической эклектичности и логической невыстроенности, из-за наличия в ней большого числа теоретических и фактологических ошибок, недостаточной продуманности учебно-методического аппарата ее никак нельзя рекомендовать студентам и преподавателям для использования в образовательном процессе.

В. И. Баяндин, канд. ист. наук, доцент;
В. А. Зверев, д-р ист. наук, профессор;
О. Н. Катионов, канд. ист. наук, доцент;
М. В. Шиловский, д-р ист. наук, профессор
Резонанс
Новости
1600 журналистов собрались в Международном центре торговли. Журналист из Кинешмы оделся в костюм Деда Мороза, чтобы привлечь внимание Президента. Раздавал интервью всем желающим, их было немало, однако задать вопрос главе государства ему так и не удалось. Зря потел. Впечатлениями о том, как проходит пресс-конференция Президента РФ Владимира Путина 2017, делится корреспондент VN.ru.
Роман Бобров стал новым главой Барабинска Новосибирской области. За кандидатуру бывшего заместителя главы города 15 декабря проголосовали больше половины присутствующих депутатов на сессии городского совета.
15.12.2017 ТРАНСПОРТ
В начале недели в Бердске появился первый автобус, оборудованный для перевозки людей с ограниченными возможностями здоровья. Он снабжен специальным подъемником для инвалидов-колясочников.
Провинциальная команда КВН «Столик» из Чулымского района Новосибирской области едет в Сочи на «КиВиН-2018». Из всех команд их выбрал Александр Масляков. Для этого ребятам пришлось основательно сократить название и потратиться на поездку на Международный фестиваль команд КВН в Сочи, где их и заметил известный телеведущий.
Пока власти решают, каким способом утилизировать отходы в рамках новой мусорной концессии, инициативная группа новосибирцев организовала раздельный сбор мусора.
Новые банкноты номиналом две тысячи рублей появятся в обиходе новосибирцев уже до конца этого года. Центробанк начал поставлять в регионы купюры, выпущенные еще в начале октября.