Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Много рыбы в мутной воде

01.06.2001
Повествовать сегодня о впечатлениях новосибирского провинциала от российской столицы лучше всего по принципу «хорошо или ничего». О ком обычно пишут или говорят по аналогичной схеме - деликатно опускаю. Ибо если писать о том, что есть на самом деле, то эпитеты, увы, напрашиваются не очень лестные...В нынешних условиях нормальному человеку гулять по столице - то же самое, что сибиряку сунуться в кишащий клещами весенний лес где-нибудь под Новосибирском.

Москва в новом тысячелетии

 Повествовать сегодня о впечатлениях новосибирского провинциала от российской столицы лучше всего по принципу «хорошо или ничего». О ком обычно пишут или говорят по аналогичной схеме - деликатно опускаю. Ибо если писать о том, что есть на самом деле, то эпитеты, увы, напрашиваются не очень лестные.

Москвичи в таких случаях обычно говорят о традиционной нелюбви мелкой сибирской и прочей сошки к столице - дескать, это все иногородние комплексы еще с времен «колбасных электричек». Да и вроде бы в Москве ничего не изменилось, к примеру, с прошлого года - все так же бегают поезда метро (3.50-4.00 за поездку), открыты магазины (цены чуть повыше, чем в новосибирских аналогах, но, в общем, ненамного), и бронзовый Пушкин уже который год тоскливо взирает на толпу своих потомков в «Макдональдсе» напротив (средний обед - рублей 70-80). В историческом аспекте тоже без перемен - как и в далеком вроде бы 1918-м, здесь по-прежнему правит бал невысокого роста лысоватый мужчина, всем головным уборам предпочитающий кепку.

Тем не менее - тревожные симптомы нарастают. Как в физике: в малых количествах пресловутый уран практически не опасен. Но когда куча целенаправленно или по извечному российскому разгильдяйству сваленного рядом урана превышает некую критическую массу, получается то, что в просторечии называется атомной бомбой.

Мне не довелось посмотреть на уже попавший в ехидные анекдоты пропрезидентский митинг «Идущих вместе». Впрочем, потеря невелика - моему поколению довелось наглядеться на аналогичную мутную пену в, казалось бы, ушедшую эпоху, только что кумиры тогда были иными. Штурмовички-скинхеды, братья по форме и по духу тех, кто в апреле громил московские рынки под лозунгом «Бей чернож...!», на столичных улицах попадаются, и нередко, но они тоже так, накипь, мелкая сошка. Главное в другом - пресс государственной политики продолжает медленно, но верно сжиматься, и именно в Москве это чувствуется так, как, пожалуй, нигде.

Прихлопнули НТВ, но как-то серо, без размаха. В былые годы господину Киселеву с ходу приписали бы поджог Останкинской телебашни - и быть бы ему главным диктором Магаданского телевидения до конца его дней. Чуть раньше и без особого шума накрыли еще один рассадник свободомыслия - легендарную «Горбушку», музыкальный рынок. Причины там и там - медведь носа не подточит: борьба с долгами у НТВ и нелегальными дисками на «Горбушке». Насчет долгов не знаю, а диски просто расползлись по киоскам по всей Москве, но теперь стоят рублей на 10-15 дороже.

Впрочем, торговая «мафия» - полбеды. Беда наступает от соприкосновения с мафией государственной.

Как там пелось? «А я иду, шагаю по Москве, и я пройти еще смогу соленый Тихий океан, и тундру, и тайгу». Текст в самую, что называется, точку - если сегодня пройдете по Москве, то в любой тайге и тундре вздохнете с облегчением. Ибо в нынешних условиях нормальному человеку гулять по столице - то же самое, что сибиряку сунуться в кишащий клещами весенний лес где-нибудь под Новосибирском.

Дабы не быть лишний раз заподозренным в очернительстве, передам слово другому. Рассказывает мой приятель Андрей, коренной московский житель, сотрудник небольшой бизнес-конторы: «Стою я недавно на остановке у ВДНХ, жду свой 181-й автобус. Долго жду - 20 минут, 30. А рядом два мента отираются: мелочь зеленая, сопляки из школы милиции. Только подходит, наконец, автобус, я к нему, они ко мне - «Документы, гражданин!» А я паспорт принципиально не ношу, достали уже - есть же Конституция, законы, наконец. Стоим, переминаемся. «А вы знаете, что мы можем вас в отделение забрать?» Автобус отходит, такая злоба взяла - ну, говорю, забирайте! А они стоят в той же позе, и один говорит: «Нет, вы не поняли - можем забрать, а можем и не забирать». Смотрят и ждут - полезу в карман или нет?»

Увы, этот рассказ документирован полностью. Через пару дней после нашей беседы влиятельный в столице «Московский комсомолец» опубликовал аналогичный материал с указанием конкретных расценок - и ни один человек в погонах не возмутился, не запротестовал по сему поводу. Так что, основываясь на личном опыте, расспросах москвичей и гостей столицы, сообщаю: сегодня честь мундира московского милиционера, единственная работа которого состоит в проверке документов на улице и метро, стоит от «полтинника» (если «клещ» в благодушном настроении и вы особо не достаете его ссылками на Конституцию и закон о свободе передвижения) до «сотки», а то и двух «соток», если начнете качать права. В отделение попадать не рекомендуется - можете выйти инвалидом, что в конечном счете обойдется много дороже.

Раньше от радости общения с небезопасными столичными существами в форме в какой-то мере спасала простодушная русская физиономия - дескать, всего лишь идет охота на террористов «кавказской национальности», славян просят не беспокоиться. Сегодня уже не спасает. Еще зимой практически не останавливали женщин - сегодня полное равноправие. Плюс новые методы работы: все течет, все развивается.

Вот виденная мной уже два или три раза столичная картинка. Обычная остановка транспорта ближе к часу «пик». Не спеша подруливают милицейские «Жигули» с парой бравых хлопцев в погонах. Один начинает шерстить пассажиров на остановке на предмет паспортов и прописки, другой собирает человеческий улов на заднее сиденье и бдительно его охраняет. Набрали троих, по числу мест - и машина срывается с места. Не думаю, что все отловленные таким образом доезжают до отделения - сбор дани и высадку уплативших ее из мышеловки на колесах вполне можно провести по ходу движения в любой точке маршрута.

Но, может, так и должно быть? И пепел безвинно погибших от терактов в столице стучит в милицейские сердца, и память о них оправдывает поголовные «шмоны» на улицах? Нет проблем - прогуляемся хотя бы по некоторым точкам.

Место, где некогда стоял взорванный дом 6/3 на Каширке: ни мемориала, ни простой часовенки. Увы - в городе, отгрохавшем самый большой в России храм, на скромную память денег нет. Взорванная станция метро «Белорусская-кольцевая» - одну мраморную скамейку как корова языком слизала, и все: ни слова, ни плаката. Подземный переход на Пушкинской площади, где люди горели заживо в пламени взрыва: к стене пришпилена мраморная дощечка с увядшим букетиком, а в десяти шагах от нее идет бойкая торговля порнографическими журнальчиками.

Хорошо, бог с ней, с памятью - но, может, гады- террористы уже изловлены и вымачиваются в персональном сортире в ожидании заслуженной кары? Напомню, что в Штатах, где паспортов и прописки нет по определению, мерзавца, не так давно взорвавшего торговый центр в городе Атланта, выловили всего за месяц, публично осудили, дабы не было сомнений, и приговорили к высшей мере. А у нас?

Увы, и здесь тоска столичная - такое ощущение, что развращенная дармовыми поборами московская милиция начисто разучилась работать. Взрывы в троллейбусах пару лет назад: итог - ноль. Пушкинская площадь: ноль за полгода поисков. Метро «Белорусская» - ровно столько же. И это на той территории, где в свое время легендарный Московский уголовный розыск щелкал бандитов, как фисташки под пиво.

Ноль по большому счету вышел и в самой страшной истории про взрывы домов на Гурьяновской улице и Каширском шоссе. Назвали, правда, двоих подозреваемых - карачаевца и узбекского татарина - и тут же объявили, что кандидаты в террористы вовремя смылись в Чечню, где столь же вовремя то ли погибли, то ли растворились в зарослях тамошних кустарников. Так что следствие закончено: можно спокойно умыть конечности и ждать, когда впервые в мире очередного террориста задержат за нарушение паспортного режима.

А в остальном жизнь в Москве вполне сносная. По крайней мере, от взрыва до взрыва.

P.S. На закуску - любопытное сообщение из свежего номера весьма мной уважаемой московской газеты. На московских вокзалах начато поголовное анкетирование приезжих: кто ты, откуда и зачем прибыл в столицу. Ответ - дело пока еще добровольное.

Новосибирск - Москва
Резонанс
Новости
«Встал дырочка в дырочку». В маленькие «Жигули» воткнули гигантский мотор от мощного грузовика ЗИЛ-131 мастера одной из станций техобслуживания автомобилей Новосибирска. Двигатель удалось завести, хотя и не с первого раза. Комментаторы в соцсетях предлагают назвать эту эпохальную акцию «Русский Мустанг: Начало».

В Новосибирске не хватает парковок, а новые строят медленно. Депутаты Заксобрания считают, что 402 места за два года - это очень мало для третьего мегаполиса страны.
«Героем» самого громкого коррупционного скандала в дореволюционном Ново-Николаевске оказался полицейский начальник Бернхард Висман. Изнасилование, вымогательство, незаконные штрафы, фабрикации паспортов, взяточничество – таков список обвинений, предъявленных коллежскому регистратору, начальнику полицейского управления молодого сибирского города в начале 20 века.
Зона комфортного пребывания, современная входная группа, колл-центр, маршрутизация и цифровые технологии. Все это про поликлинику. Оказывается, можно не тратить время и нервы на запись к врачу и ожидание, а посещение доктора вполне может уложиться в полчаса.
Проникли в помещение офиса, нашли коньяк и употребили его прямо на месте двое злоумышленников. В таком состоянии граждан застали сотрудники вневедомственной охраны, сообщает паблик «Росгвардия Новосибирск».

Несколько десятков любителей экстрима пилили лед, чтобы возвести иглу. На весь процесс уходит около четырех часов. Самые стойкие готовы даже ночевать в новом жилище.