Выберите свой район: Новосибирск
Баган
Барабинск
Бердск
Болотное
Венгерово
Довольное
Здвинск
Искитим
Карасук
Черепаново
Каргат
Колывань
Кольцово
Коченево
Кочки
Краснозерское
Куйбышев
Купино
Кыштовка
Маслянино
Мошково
Новосибирск
Убинское
Обь
Ордынское
Северное
Сузун
Татарск
Тогучин
Усть-Тарка
Чаны
Чистоозерное
Чулым

Неожиданная Европа

18.08.2000
Проехав на автобусе по маршруту Москва-Мюнхен-Зальцбург-Вена и обратно, ваш корреспондент излечился от депрессии.

Проехав на автобусе по маршруту Москва-Мюнхен-Зальцбург-Вена и обратно, ваш корреспондент излечился от депрессии.

Европа поражает цветочными орнаментами и не только

 Душным июльским днем я шла по Красному проспекту в состоянии банальной депрессии. Молодость прошла, на работе тоска, дома ободранные стены который год ждут умелых рук. Возбужденная толпа у немецкого консульства подвигла меня на неглубокий самоанализ: а кто сказал, что трудовые сбережения я должна потратить на «Тиккуриллу», кафель и колорлон, а отпуск - на ремонт? Себя надо любить! Через 24 часа в паспорте стояла шенгенская виза, а еще через 10 минут я держала билеты Москва-Мюнхен-Москва. И всего-то за 360 марок. Это значительно дешевле, чем слетать самолетом до Москвы и обратно, а Мюнхен, между прочим, почти на границе с Австрией.

Конечно, это были билеты не на самолет, а на автобус. Коллеги сразу предрекли: ох, и намучаешься! А муж так и вовсе назвал мою автобусную затею дурацкой, и только срочная командировка в уральское захолустье помешала ему коварно сорвать путешествие.

Я же была полна оптимизма, поскольку имела дело не с местным автовокзалом, а с немецкой фирмой «RUTZ GmbH». Горячий кофе, туалет в салоне, кондиционеры, удобные кресла, телевизор, горячее питание и вид из окна на Европу - я в это верила, потому что был у меня скромный опыт пересечения Англии на двухэтажном комфортабельном автобусе.

Огорчало только одно: в стоимость тура Мюнхен-Зальцбург (где Моцарт родился)-Вена входил так называемый трансфер: встреча и доставка до отеля, но не от автовокзала, куда я прибывала, а от аэропорта. Судя по карте Мюнхена, добираться мне близко: примерно как от ЦУМа до «Глобуса». Но все же я попросила турфирму (опять же немецкую!) поменять место встречи с аэропорта на вокзал. Ответ пришел по факсу почему-то на кривом рукописном русском: доплатите 70 марок (почти 900 рублей!). А отвезти меня потом не в аэропорт за город, а на тот же автовокзал в центре стоило бы аж 140 марок. Я, понятно, отказалась от такого сервиса. «Не с обычными ли бывшими русскими мошенниками ты связалась? - заволновались провожающие меня друзья. - Возьми хоть денег побольше, будет все хорошо - сразу вернешь». Не знали они, как дорого обойдется мне их забота... А про турфирму скажу сразу: в итоге все было корректно, мне даже вернули стоимость проезда на такси до отеля.

Возвращение в прошлое

 Российская столица встретила туриста-оптимиста дождем. Рекламная обложка автобусных билетов обещала, что «в ожидании рейса можно воспользоваться комнатой отдыха и пообедать». Пошлепав по арбатским лужам и быстро вымокнув до нитки, я потащилась на край Москвы раньше времени отдыхать и обедать.

... Тесное помещение было заполнено клетчатыми баулами, детскими колясками, чемоданами и их владельцами - в основном русскоязычными немцами из России и Казахстана. В комнатах с двухъярусными кроватями люди жили семьями. Два туалета тоже не делились на «М» и «Ж» и от такой скученности, несмотря на частую уборку, то и дело прекращали функционировать. К двум окошечкам с официальными лицами невозможно было пробиться. Спертый воздух выталкивал на улицу, под дождь. Как будто я проехала не на метро, а в машине времени: вспомнилось состояние полной безнадежности на убогих вокзалах в отдаленных уголках Советского Союза. Наконец блондинистая девица с неласковым взглядом начала перечислять фамилии тех, кого сегодня отправят в Германию. Я в списках не значилась. «Где вы были сегодня утром? - гневно вскричала она. - Покажите ей кто-нибудь билет! Видите? А у вас что?» В новосибирском отделении «RUTZ GmbH» меня уверяли, что выписали именно билет, добавив, что мои данные внесены в компьютер, и проблем не будет. Похоже, там и не представляли этой свалки на окраине Москвы. Билет, как у всех, мне дали, но не до Мюнхена, а до Маннахайма. И обратный от этого же неведомого города, после чего оба окошечка закрылись. Но зато стали подъезжать автобусы. Оказывается, на этой перевалочной базе людей сортировали не по компьютеру, а буквально по головам. «RUTZ» пользовался популярностью у небогатых людей, потому что перевозил в Германию даже в кредит: где-нибудь в Берлине встречающий троюродный дядя мог заплатить за билет прямо водителю наличными. Как правило, люди возвращались этими же автобусами, их накапливали и развозили по просторам СНГ. Народ сильно не роптал, поскольку за место на нарах брали всего 50 рублей в день, а ради возможности побывать в Европе за счет более обеспеченных родственников приходилось терпеть все. Многие были даже довольны.

Туристов в этой куче народа была я одна.

Наконец, к вечеру все разъехались. Остались «старожилы», ждущие оформления визы. Неужели для меня одной подадут автобус? И куда - в Мюнхен или Маннахайм?

Страшная страна Белоруссия

 И все-таки в этот день я уехала. Моих попутчиков набрали у московского офиса немецкого консульства. Они тоже торопились к друзьям и родственникам. Но куда ехала я? «Да успокойтесь, Мюнхен ближе Маннахайма, не проедете!» - рявкнул злой как черт водитель.

А дождь все шел. Прямо в автобусе. Пассажиры достали зонтики. Так и ехали. Некоторые стоя. От грязно-зеленых капель одежда стала походить на военный камуфляж. Потом ветром сорвало люк на крыше автобуса... Хотелось элементарного кипятка, чтобы растворить чашечку кофе. Но не работал даже кондиционер, окна не открывались. Зато работал туалет. Так, что через несколько часов пути в автобусе нечем было дышать. А в самом туалете концентрированный аммиак выедал глаза.

Вид из окна автобуса на бесконечную Белоруссию не радовал. Остановки были почему-то в местах, лишенных торговых точек. «Ну че как ... с-с-сонные мухи? По заправке не шляться!» - взбадривали нас молодцы за рулем. Перед белорусско-польской границей с туалетом была проведена какая-то манипуляция - запах аммиака исчез. Видно, водители побоялись уморить таможенников.

На границе выстроилась очередь автобусов разных фирм, я с удивлением узнала, что у других пассажиров были и кипяток, и кино, и кондиционеры, и вежливое обращение.

Наш автобус встал как-то наискосок к лобовому стеклу другого, и мы, как в театре, наблюдали процесс сбора немецких марок в соседнем салоне (якобы для ускорения прохождения таможни) и деления их водителем на три кучки... К слову сказать, наш старший рулевой только бросил сквозь зубы: «Я плачу за вас свои деньги!» Мы не скидывались чьим-то детишкам на молочишко, а на таможне проторчали все одинаково.

К симпатичной белорусской таможеннице я подошла уверенно. Всего одна сумка, командировочное удостоверение родной газеты - «трясти» меня не имело смысла. Поэтому спокойное заявление: «Я вас не выпускаю за пределы Белоруссии, возвращайтесь обратно» поразило меня действительно как удар грома. Дело было в проклятых долларах моих друзей, на которые, естественно, не было справки из банка, а по внутренней инструкции Белоруссии за границу можно вывозить не более пятисот «зеленых». «Но я же из России, у нас до полутора тысяч можно без справки! Лети я самолетом - вопросов бы не было вообще!» - законно защищалась я. Мне предложили выход: сдать валюту в белорусский банк. Я представила, как вместо долларов возвращаю друзьям «зайчики»... Наконец дама сжалилась: «Поищите тех, кто едет без валюты». Я раздала чужие деньги чужим людям и уже совсем бледная вновь подошла к стойке. Теперь меня легко было убедить, что мой диктофон по белорусским правилам приравнивается к бомбе и меня как террористку надо отдать под стражу. Таможенница начала проверять мою собственную валюту: кучу мятых купюр достоинством от 1 до 20 долларов, оставшихся от загранстажировок разных лет. «У вас все равно больше», - заявила она. Такого, конечно, не могло быть, но я пыталась лишь понять, сколько мне светит за сокрытие валюты. Пересчет в третий раз убедил женщину в моей честности.

Нас, нарушителей внутренней инструкции, оказалось несколько. В коллективе стресс переживается как-то легче. Хоть бы кто-нибудь в «RUTZ GmbH» догадался предупредить отъезжающих, просто так, по-человечески.

Опостылевшая Польша

 В Польше люди кинулись к телефонам: «Все, мы проехали таможню, встречайте!»

До кафе перед польско-германской границей мы ехали непонятно долго. В пять утра жирная сарделька, вчерашняя картошка и какой-то мутный напиток аппетита не вызывали. Но таково было горячее питание, входящее в стоимость билета. Купить что-нибудь повкуснее могли только обладатели марок или злотых. Доллары поляки игнорировали.

Противные сосиски уже переварились, солнце стояло в зените, а мы все не могли отъехать от забегаловки на обочине. Экипаж дожидался сменщика из Германии, поскольку один из водителей не имел необходимого допуска на вождение по западно-европейским дорогам. То есть «пересменка» в полдня была запланирована еще в Москве. В разных концах Германии уже томились встречающие (они взяли специально отгулы, чтобы встретить русскоязычных граждан), одна семья опаздывала на похороны, пропадал мой первый день пребывания в Мюнхене.

На выезде из Польши нас еще помариновали. Пограничники заинтересовались, почему так долго проезжали транзитную страну российские пассажиры. Только к вечеру мы въехали на территорию Германии. И тут открылась еще парочка сюрпризов. Водители вообще не ориентировались на местности. Казалось бы, куда проще: снабдить каждый автобус планами городов, где красным фломастером провести кривую до автовокзала. Но нет. Наша «двухэтажка» плутала по узким улочкам спящих городов. В конце концов нас остановила полиция. И мы узнали, что немецкий парни за баранкой знают так же, как я, то есть никак. Бог, в отличие от «RUTZ», все же не забыл нас, послав одну на весь автобус попутчицу со знанием великого языка Гете.

Шли уже третьи сутки путешествия (время в пути по расписанию - 42 часа). Пассажиры грызли сухую лапшу быстрого приготовления, как чипсы. Другой еды уже ни у кого не осталось. Но голод пересиливал страх, что не менее измученные люди за рулем заснут на скоростных автобанах. Кто-то пошел взбадривать их разговорами.

Прекрасный Мюнхен

 Глубокой ночью я вышла где-то в Мюнхене. Грязная, с синими кругами под впавшими глазами, да еще не говорящая по-немецки и едва-едва по-английски от слабости - я выглядела типичным интернациональным бомжем. Но таксист меня не испугался. Довез до отеля всего за семь марок. Я опоздала почти на сутки. «Во сколько вас разбудить?» - поинтересовался портье. «В семь, у меня обзорная экскурсия утром». «Вы будете спать всего два часа?» - искренне удивился он.

Поскольку о Мюнхене я помнила лишь, что тут случился мюнхенский сговор, положивший начало Второй мировой войне, столица Баварии поразила меня своим дружелюбием и демократичностью.

По всему городу почти всю ночь открыты пивные сады. Представьте обычные деревянные столы с лавками среди зелени, где все быстро знакомятся, пьют пиво и при этом не выясняют, кто кого уважает. Тротуары в Мюнхене поделены на пешеходную зону с неровным квадратным покрытием и гладкую велосипедную (велосипедов тут едва ли не больше, чем машин, в гостиницах их дают напрокат бесплатно). А для таких как я на асфальте даже нарисованы слева велосипед, а справа пешеходы. Но меня так и тянуло идти по ровной стороне, я то и дело путалась под колесами, но ни разу не услышала окрика. Жаль только, что музеи закрываются здесь до обидного рано - в половине пятого. И вообще, я многого не успела посмотреть. Зачем я связалась с «RUTZ GmbH»!

Загадочная Австрия

Старинный Зальцбург

 В Зальцбург группа поехала автобусом. Там нас встретила удивительная Люси с забавным акцентом. Когда-то ее бабушка попала в этот красивый городок, окруженный Альпами, спасаясь от ужасов революции. Люси знала много подробностей, которых не найти в книжках. И про Моцарта, и про Гитлера тоже. Словом, у меня получился тур «по гитлеровским местам». Но Зальцбург остался в памяти наполненный цветами, музыкой и чистой готикой.

Вечером того же дня мы поехали в Вену. Наверное, только потому, что в этой группе была я, водитель долго плутал по Вене, разыскивая отель с одноименным названием. Но он хоть язык знал.

Четырехзвездочная гостиница встретила отвратительной вонью в узких номерах. Мы пошли бродить по прекрасной Вене. Какие-то подозрительные типы, обшарпанные подъезды, хотя до центра всего с полчаса пешком. («Ну и райончик вам подыскали, - сочувствовал потом русскоговорящий венец, - вон там бордель, а вон там тоже дешевые проститутки живут»). На старинных зданиях и памятниках великим венцам надписи были только на немецком. За безумные деньги можно было проехать в карете, запряженной парой красивых лошадок. Причем коняшки не стеснялись справлять свои надобности прямо на пропахших историей улицах и площадях. Только постоянная бдительность уберегла мою обувь от конского навоза. Привычные глазу окурки в Вене смотрелись кощунственно. Как и заплеванные скамейки (нет, не все!), а по соседству с нашим отелем так и вовсе заблеванные. При этом дворники начинали мести улицы и очищать город от ночных утех только где-то часу в одиннадцатом. Мы же просыпались много раньше от истошных воплей. Так орал попугай в холле отеля. Похоже, его держали здесь за петуха.

Нашего гида звали Джульетта. Она почему-то начала обзор Вены с парка аттракционов, о котором рассказала очень подробно. Потом столь же основательно про свою внучку, племянницу, потом про Америку, про новых русских, которых тут не любят... В центр она нас не повезла, поскольку такое право выкупила другая турфирма. Джульетта предложила сделать это завтра пешком за 120 долларов. Мы дружно отказались.

Вооружившись картой, я сама начала изучать столицу Австрии. Нечаянно вышла к венскому рынку. Чернявая торговка на привычном русском зазывала мужика с авоськой перцев за плечами: «Ну подходи, я тебе за четыре отдам!» Рядом торговали каким-то барахлом. Оказывается, базар - он и в Вене базар. Свернув от рынка в скверик, я тут же повернула обратно: в нос бил запах общественного туалета. Потом, блуждая вокруг центра, набрела на тусовку местных наркоманов. Нет, были и прекрасные парки, с уточками в пруду, и памятники великим композиторам я в конце концов нашла, каждому поклонилась. И вообще, я заставляла свою память сохранить только запах венского кофе в богатом интерьере Художественного музея. И забыть, как дорого мне это обошлось: в выходной туристам меняли деньги по дикому курсу с комиссией в 40%.

Последние лечебные стрессы

Этот памятник венцы называют «вешалкой». Фото автора

 Мой путь домой лежал через Мюнхен. Я надеялась еще немного побродить по полюбившемуся городу и попросила турфирму, чтобы меня высадили прямо на автовокзале, в центре, где я на ночь забронировала недорогую гостиницу. Кто б знал, что в Мюнхене есть еще один автовокзал, в нескольких километрах от города... Я безнадежно опаздывала в гостиницу, где меня предупредили: в случае задержки позвонить, иначе бронь аннулируется. Я кинулась к телефону. На том конце пожилая немка ни слова не понимала по-английски... Вам не приходилось разбираться со схемой метрополитена в другой стране на чужом языке? И не пытайтесь. Я ровным счетом не понимала, где мне найти ту тетеньку, которая продаст жетон или карточку. Словом, пока я добралась до гостиницы, уже темнело. А я еще торопилась опознать место, с которого завтра мне предстояло отбыть в Россию. Звонок в «RUTZ» убил остатки оптимизма: меня не было в списках ни из Мюнхена, ни из Маннахайма. Правда, потом все же отыскали как «пассажира без города».

Утром я пришла, конечно, на другую стоянку. Страшную догадку подтвердил проходящий мимо англоговорящий немец. Оставалось буквально пять минут до отправления автобуса. В этот же день у меня заканчивалась виза. Надо ли говорить, с какой скоростью я летела до настоящего автовокзала? Там стояли просто десятки, если не сотни международных автобусов, некоторые уже трогались с места... «Ой, вы ведь в Москву? Я по сумке поняла, только русские носят тяжести в руках, иностранцы-то на колесиках или на тележках». Милая молодая женщина тоже была пассажиркой «RUTZ GmbH». Автобус мы прождали четыре часа...

На обратном пути водители привычно петляли по городам (ох, и насмотрелась я их!), собирая пассажиров. Причем зачастую люди были с билетами на руках, но в списках не значились и сильно нервничали. Лишь позже мне объяснили природу этой путаницы и превращение Мюнхена в Маннахайм на моем билете. За то время, что прошло с покупки билета в Новосибирске и до дня отправления, марка подешевела. Чтобы не возвращать разницу, в билете намеренно указали более дальний конечный пункт. Такой фокус был проделан не только со мной. А вот если бы марка подорожала, то пришлось бы, говорят, доплачивать. Лучше б ребята честно объясняли, мы ж понимаем, в какой стране живем.

И все же путь домой был намного приятнее. Во-первых, водители разговаривали по-человечески, во-вторых, работал кондиционер, и, представьте, я даже в десятый раз посмотрела «Весну на Заречной улице». Отсутствие кипятка, по-прежнему отвратительные сардельки в Польше меня уже не волновали.

Трясясь в последнем вагоне фирменного «Сибиряка», я скучала о любимой работе, о родных голых стенах. Ну, вам знакомо такое прекрасное состояние души и тела, когда кажется, что жизнь только начинается.

Резонанс
Новости
Новые банкноты номиналом две тысячи рублей появятся в обиходе новосибирцев уже до конца этого года. Центробанк начал поставлять в регионы купюры, выпущенные еще в начале октября.
Роман Бобров стал новым главой Барабинска Новосибирской области. За кандидатуру бывшего заместителя главы города 15 декабря проголосовали больше половины присутствующих депутатов на сессии городского совета.
15.12.2017 ТРАНСПОРТ
В начале недели в Бердске появился первый автобус, оборудованный для перевозки людей с ограниченными возможностями здоровья. Он снабжен специальным подъемником для инвалидов-колясочников.
Калорийность рациона новосибирцев стала рекордно высокой с 2003 года. Она достигла 2675 ккал по итогам прошлого года, подсчитал Росстат. Молодежь не может устоять перед колбасой и шоколадом, а старшее поколение балует себя бужениной и ягодами.
Врио губернатора Новосибирской области Андрей Травников подписал распоряжение об освобождении Юрия Прощалыкина от временно замещаемой должности заместителя губернатора по собственному желанию. Распоряжение подписано 15 декабря.
В больнице под Новосибирском мужчины распивали спиртное, внезапно между ними возник конфликт: один избил второго деревянным подлокотником от дивана по голове.