Опекуны создали для Маши «маленький рай» и каждый месяц получают за нее пособие 23 тысячи рублей. Борьба за девочку развернулась в «Прямом эфире».
Биологическая мать 9-летней Маши упала перед опекуншей на колени в студии Андрея Малахова. Кадр из телешоу «Прямой эфир»
– 9 лет она вообще не интересовалась этой девочкой, а теперь просто пытается ее у меня выдрать, – рассказала опекун Наталья Желендинова.
– То есть ее не волнует, что у ребенка другая семья, что это может сломать ей психику? – задал вопрос Андрей Малахов.
– Нет, не волнует, она как танк прет. Она наркоманка с 12-летним стажем!
Грехи молодости
– Мы поженились с моим нынешним мужем Виктором в декабре 2009 года, а в феврале родилась наша дочь Катя (имена детей изменены - прим. ред.), – рассказала Виктория корреспонденту VN.ru. – Год прожили у моих родителей, потом стали вместе употреблять наркотики. Однажды я утащила из дома фотоаппарат, и родители меня выгнали. Оставили дочку у себя. Ей тогда был почти год.
От своей первой дочери я даже, по-моему, отказ сама писала.
Не было понимания, что ее забирают – она же с папой и мамой живет. Была иллюзия, что я могу в любой момент вернуться и забрать ее.
В то время, как у родителей росла Катя, у нас появилась Маша. Мы также употребляли наркотики, жили на даче у бабушки мужа. Маше было пять месяцев, когда Витю посадили в тюрьму за кражу.
Идти мне было некуда. Родители домой не примут, я с ребенком. И я тогда нашла себе молодого человека, он был из Купино. И вроде новая любовь, я готова жизнь начать с нуля… А оказалось, что мой избранник – алкоголик.
Тем временем в студии
– Она бросила этого ребенка, – рассказывает в «Прямом эфире» опекун Наталья Желендинова. – С наркоманом каким-то познакомилась, а супруг – якобы она говорит, что это родной папа. Но тут уже и утверждать боишься, кто вообще папа?
Сейчас Виктория завязала со своей прошлой жизнью. Фото Алексея Танюшина
Виктория Гвоздарева: – В один из вечеров сожитель из Купино меня избил. Приехала полиция, нашла у него коноплю на шкафу, а он пьяный спит. Полиция говорит: «Вы ложитесь спать, мы утром к вам приедем, все опишем». Проснулась от того, что он меня опять бьет. Ребенка забрал, из дома выставил. Сказал: «Зайдешь в дом – я тебя убью». Приехала к родителям вся избитая под утро. Сразу же попросила отца позвонить в органы опеки, сообщить, что у сожителя моя дочка, чтобы они ее забрали. Обратно Машу мне не вернули, а где-то через неделю мне ответили: «Ее нет, ее отдали в приемную семью».
– И вам не сказали, где находится ваш ребенок?
– Нет, не сказали!
– А ваш отец, который звонил опекунам на протяжении первых двух лет, оказывается, знал?
– Отец звонил один раз, потом у него потерялся телефон. Он считал также, что она удочерена, где живет, не знал, у него был только телефон родителей Натальи, потому что они один раз звонили ему на сотовый, и все.
– Вы оставили ее там, вместе с этим человеком? Кто мешал уехать с ней?
– Да, я оставила ее с ним. Он закрылся с ней в доме, полиция сказала: «Мы не поедем на вызов». Ночь. Я не знаю там никого. Случайный таксист, которого я остановила, чтобы помощи просить, оказался из Новосибирска.
Виктория со своими детьми. Фото предоставлено Викторией Гвоздаревой
После этого я приезжала в больницу, разговаривала с опекой. Начинает звонить моя мама, которая была алкозависимой. Мама пьяная начинает говорить, какая я ужасная и чтобы ребенка мне не отдавали. И мне просто не отдают ее. Сейчас я понимаю, что не было ни документов, ни ограничения, ни лишения, я должна была взять ее и забрать. На тот момент я ничего не знала!
Материнские чувства
– Я уехала назад в Новосибирск с этим же сожителем, – рассказывает Виктория Гвоздарева корреспонденту VN.ru. – От него у меня родился Ваня – мой третий ребенок. Через девять месяцев после того, как забрали Машу.
Ваню я даже не собиралась рожать, жила с мыслью, что оставлю его в роддоме. В это время я стала общаться со своим мужем, который сидел в тюрьме, и он мне говорит: «Не отказывайся от ребенка, мы его вырастим. Дождись меня, я многое в жизни пересмотрел. Мы жизнь наладим».
Когда Ваня родился, нежелание иметь его сменилось огромной любовью. Ваня мне дал желание жить. Я до этого жить вообще не хотела. Думала, как бы умереть побыстрей.
Я понимала, что умирать не страшно, а когда тебя двое суток подряд бьют – вот это страшно.
С Ваней я поняла – если я его потеряю, то тогда все.
Хочу жить ради детей
В конце ноября 2013 года звонит папа и говорит: «Маму увезли в больницу с инсультом. Приезжай». Мама пролежала в больнице пять дней и умерла.
Старшей дочке 4 года было на тот момент. Асоциальная она была, могла закричать, завизжать, убежать в комнату. В садик не ходила, кормили ее исключительно растворимыми кашами для годовалых детей и макаронами с сосисками. В туалет она не ходила, спала ночью в памперсах.
У меня на руках было двое детей и отец, который ушел в запой. Я в один день бросила пить, курить и с тех пор к этому не возвращалась.
Устроилась на работу. Окончательно разорвала отношения со своим сожителем. Поняла, что не хочу такой жизни. Я хочу жить ради детей.
Возмездная опека?
Муж Виктории после освобождения из тюрьмы прошел ребцентр, семья восстановилась. Зажили нормальной жизнью, работали, воспитывали двоих детей, начали ходить в церковь, обвенчались. 14 января 2019 года в квартире Гвоздаревых раздался звонок.
Опекун 9-летней Маши утверждает, что любит девочку и заботится о ней бескорыстно. Кадр из телешоу «Прямой эфир»
– Папа нам с мужем вечером говорит: «Мне позвонила приемная мама, просила денег, потому что вы алименты не платите». А нас с мужем как током ударило. Одна мысль: «Она не удочерена». Звоню опекуну. Она начинает сразу нападать на меня.
– Да алименты не нам нужны, это ребенку!
– Да я не против, я буду платить, вы мне скажите, вы ее удочерили?
– Нет, мы приемная семья.
Это возмездная опека, человек устраивается в опеку на работу, ему идет стаж, зарплата, пособие на ребенка.
У них в деревне пять домов с приемными детьми!
Андрей Малахов: – Биологическая мама утверждает, что вам нужна девочка как средство зарабатывания денег. 23 тысячи в месяц – неплохие деньги капают вам.
Опекун Владимир: – Мы взяли ее не ради наживы.
Опекун Наталья: У нас вырос сын, мы хотели дочку. Если она нам приглянулась, ну что мы могли сделать? Я ее воспитывала безвозмездно год, мне никто ничего за это не платил. Мы думали удочерить эту девочку, а потом пришла мысль – а почему мы должны ее лишать того, что ей предназначается от государства? Ей предоставят квартиру, у нее будут льготы при поступлении.
– У Виктории реальная любовь, у вас – это коммерческий проект! – сказала в «Прямом эфире» телеведущая Мария Ермошкина. – Ребенок не может быть счастлив в семье, где он является коммерческим проектом!
– Я все понимаю, но девочка добрая, ласковая, воспитанная. Этим кто занимался 9 лет?! – задалась вопросом певица Оксана Казакова.
Решение суда
20 августа суд вернул Виктории родительские права на Катю, а во всем остальном ей было отказано.
«Если нам откажут, мы пойдем в Верховный суд, будем подавать новые иски. Я землю с ног на голову переверну, но верну свою дочь в семью», - говорит Виктория. Фото Алексея Танюшина
– Отказали по двум причинам – потому что мы приняли недостаточные действия для того, чтобы восстановить отношения с Машей, и потому, что мы не платим алиментов, – говорит Виктория. – Но опекуны запрещают нам видеться и общаться! Что касается алиментов, то я не являюсь должником. Опекун Наталья Геннадьевна никогда не предъявляла исполнительный лист. Стоило больших усилий добиться от нее номера счета, на который я могу переводить деньги. Мы намерены обжаловать решение суда. Если нам откажут, мы пойдем в Верховный суд, будем подавать новые иски. Я землю с ног на голову переверну, но верну свою дочь в семью.
P.S. Меж тем, тест ДНК показал, что биологическим отцом 9-летней Маши, вопреки сомнениям опекунов, действительно является Виктор Гвоздарев.
Читайте также: «Пусть говорят»: тайны со съемочной площадки.
Самые интересные материалы сайта за все годы объединены в рубрике «Лучшие материалы VN.RU».
Комментарии